№26 (801) 1 Июля

Автор Соб. инф.

В своем последнем интервью «Литовскому курьеру» первый президент Литвы Альгирдас Бразаускас вспоминал о своем детстве и войне, о друзьях, политике, коммунизме и Евросоюзе, о патриотизме и ценностях в политике. Мы сознательно публикуем это интервью в виде монолога, без журналистских вопросов. Монолога человека, навсегда вошедшего в историю Литвы как одного из самых значительных личностей, истинного сына своей Родины.

 

О детстве и войне

- Мои родители были мелкими служащими. Мама работала помощником нотариуса, а отец - секретарем  Вевисской волости. Когда в 31-м году они поженились, нотариус пригласил их работать в Рокишкис. Там я и родился. В Рокишкисе, на улице Лайсвес, 9, до сегодняшнего  дня сохранился деревянный дом, где жили родители. Отец показал мне его, даже  комнату, где я родился. Мне, конечно, очень дорог этот дом, и  я помогаю нынешним хозяевам содержать его. Через два года родители переехали в Шяуляй, в большой город, у нотариуса было больше работы. Когда мне было 6 лет, в конце 1938 года, мы уехали из Шяуляй в Кайшядорис. Родители устроились на работу к другому нотариусу. В 39-м началась война. Помню, шел из школы и увидел танки Красной армии. Они стояли напротив школы. Бедные танкисты были черными от бессонных ночей  и грязи – ведь они практически ползимы прожили в танках. Это было  в 40-м. Отец уже работал в Каунасской ипотеке заведующим отделением Каунасского уезда. Мать помогала нотариусу. Когда нотариуса сослали в Сибирь, мать назначили нотариусом, и она 30 лет проработала на этой должности. После войны заочно окончила Вильнюсский университет: училась одновременно с нами – со мной и братом.

Жили мы скромно. Во время войны - вообще впроголодь. Каждое лето родители отсылали нас с братом к дяде – брату отца,  с ним  жил и наш дед. Их усадьба -  8 гектаров -  располагалась между Кедайняй и Лабунавой. Земли там плодородные, и жили они хорошо. Летом 41-го мы и встретили там войну. Однажды увидели как три немца на мотоцикле с коляской и пулеметом мчатся по дороге. Мне тогда 10 лет было, но эта картина до сих пор стоит у меня перед глазами. Потом появился другой мотоцикл, третий… Потом слышали бомбежку, но далеко – где-то в пяти километрах, в Кедайняй. Эти годы в Кайшядорисе были очень тяжелыми: комендантский час, патрули… Своего жилья у нас не было: мы снимали квартиру. Школа располагалась за железнодорожными путями. Каждый день приходилось под вагонами перелезать через рельсы.

 ВИДЕО: Прощание с Бразаускасом в Президентском дворце

По железной дороге в Германию беспрестанно шли составы: немцы отправляли туда с Украины и из России зерно, семена подсолнечника, другие грузы. Мы с ребятами нет-нет, да пытались утащить из вагонов то семечки, то еще какое-нибудь пропитание. Рисковали серьезно – если бы немцы нас поймали, пристрелили бы. Но голод – не тетка. Есть хотелось все время. Молока почти не видели, вся пища – кусок хлеба. Помню, как мать варила мыло – тогда и мыла-то не было. Мы с братом помогали родителям как могли – собирали по 10 мешков желудей для свиней в дубовом лесу за Бачконисом.

Что интересно –  школа работала. Занятия начинались с октября, и я не пропустил ни одного.

В 44-м, когда немцев гнали, нам с дядей три недели пришлось жить в лесу – жители шести хуторов согнали туда коров, лошадей, другую скотину – прятали от немцев. Сделали шалаши – детворе было очень интересно. Немцы отступали той же дорогой, что и пришли. Это было опасно: они заходили на хутора, отстреливали свиней, другую живность. Просачивались они небольшими группами по 6-8 человек, и  в  лесу были страшные встречи. То лето было очень теплым, и мы, дети, наслаждались лесной романтикой. А каждую ночь над головой рвались мины.

Война – жуткое время. Потом была партизанская война. Пропадали молодые люди: убегали в лес. Уйдут старшеклассники в школу и не возвращаются. На улицу выбрасывали трупы. Я сам их видел, до сих пор тяжело вспоминать все это. В 45-м начались репрессии. Если в 41-м отец спрятался - уехал к  дяде в деревню, и его не взяли. (Хотя немцы пытались вывезти его в Германию – сбежал), то после войны жили в страхе: то одного взяли, то другого.

После войны отец работал бухгалтером на торфозаготовках, потом в лесхозе, а мать по-прежнему – нотариусом. Жили скромно. У отца была  страсть – пчелы. Он всю жизнь ими занимался. Его увлечение и пасеку перенял брат. Я пользуюсь лишь плодами их увлечения.

ФОТО: Время Бразаускаса

 

Об образовании и языке

- В школе я пел в кружке художественной самодеятельности, занимался пятиборьем: метал молот, диск. Был даже членом сборной Литвы. Учился на одни пятерки, однако в золотой медали мне отказали: в провинции золотых медалей старались не давать, считали, что недостаточно качественная подготовка. В моем сочинении по русскому языку нашли одну ошибку. До сих пор помню: проблема вышла со словом «вовремя». В одном случае оно пишется раздельно, а в другом – слитно. Кстати, я написал правильно, это преподаватель ошибся, но медаль я получил серебряную.

Дома мы  говорили по-литовски. Но русский все хорошо знали – отец даже преподавал русский язык в нашей школе. Мама когда-то окончила гимназию в Пятигорске. А отец родился в Нальчике, школу закончил в Пятигорске. Дело в том, что деду-католику Казимиру Бразаускасу в царское время предложили работу на железной дороге в России. У них с бабушкой было трое детей, и он согласился. Работал в Минеральных Водах, Нальчике, Пятигорске. В Литву вернулся в 22-м году. 

 

О друзьях

- Друзья  в основном – однокурсники, с которыми вместе оканчивали политехнический институт в 1956 году. Мы встречаемся каждый год, да не по одному разу. Прошел уже 51 год (интервью готовилось к 75-летию Альгирдаса Бразаускаса. – Прим. «ЛК»), и все эти годы мы вместе отмечали  юбилеи друг друга. В этом году кому уже 75 стукнуло, кому 73. Ведь мы все родились в начале 30-х.

ФОТО: Политическая карьера Бразаускаса в фотографиях

Встречаемся с друзьями по интересам. Например, охота, мужской клуб охотничий. Он  существует уже много лет. Мы вместе охотимся, встречаемся, празднуем. Вот и теперь охотники придут меня поздравить. Есть еще банная компания – банный клуб - в основном это старые друзья. У меня всегда оставались хорошие отношения с людьми, с которыми я работал. Вот практически со всеми, с кем работал в президентуре, я до сих пор поддерживаю контакты.  Советуемся, участвуем в каких-то мероприятиях. В правительстве работал – те же самые доверительные отношения складывались.

 

О Бразаускасе-пенсионере

- Уйдя на пенсию, я не почувствовал себя на обочине, потому что еще целый год  оставался председателем Социал-демократической партии. Всяких организационных дел было достаточно. Особых проблем я не чувствовал, тем более что оставалось то же самое правительство, министры, с которыми мне  приходилось работать. Конечно, я не командовал. Не имел права, это не позволяло мое понятие об этике отношений. Я встречался, советовался с премьером, на президиуме мы обсуждали некоторые вопросы финансово-экономического, социального характера, позицию партии - ведь в правительстве большинство составляли соцдемы. Так что, откровенно говоря, я не испытывал чувства сожаления или тоски. В житейском плане, дома – да, изменения произошли, и в лучшую сторону. Пять лет мне приходилось каждый день вставать в 6 утра, а в 8 быть на работе. А перед этим обязательная пробежка с собачкой. Собачка у меня знаменитая, старожил Турнишкес – девятилетняя такса Чикес. Он всех здесь знает: на кого лает, кому хвостом виляет. Чикес - гроза здешних котов.

Но я и сегодня каждый день  еду в город. У меня в президентуре есть кабинет, есть помощница, которая отвечает на звонки. Обычно с 10 часов встречаюсь с людьми - раньше приехать мешают пробки, а я никаких теперь преимуществ не имею и подстраиваюсь под общую ситуацию. Во второй половине дня стараюсь быть дома. Связь у меня правительственная осталась, Интернет, газеты. Так дни и проходят. Чем занимаюсь? До июня очень интенсивно занимался партийными делами. С мая – почетный председатель партии. Уже больше не командую. Занимаюсь строительством Дворца правителей. Я возглавляю комиссию по строительству, созданную специальным  решением правительства.

 

О политике

- Если меня заденут, я молчать не буду. Я отвечу тем же. Меня пытаются обвинить в разных  вещах: и с приватизацией «Алиты», и с газом - копают и думают, что найдут какой-нибудь кусок золота. Надеются охаять меня как человека, политического деятеля. Но не получится. Потому что никогда это правдой не было.
Чаще всего – это политический заказ, как и с гостиницей «Драугисте». Чисто политические заказы. Я всегда опирался на правосудие. Только суд может решать, виновен человек или нет. Не отдельные политики, не отдельные люди, желающие вершить самосуд. Я всегда буду идти до конца, буду добиваться правды, а если дело будет касаться подобных обвинений, буду обращаться в суд. Потому что я за эти годы ничего не сделал плохого. Я очень добросовестно отношусь к работе, и многие люди могут это подтвердить. А вся эта политика – грязное дело. Если кому-то нужны мои советы - пожалуйста.

ФОТО: Прощание - Траурный кортеж

Я считаю, что в Литве в моде сплетни, безосновательное охаивание людей. Прямо настоящее политическое избиение. Человека изобьют, а потом, когда он докажет невиновность, никто не соизволит перед ним извиниться. И это - самое обидное. Очень жаль, что политические элиты, парламентские партии скользят по верхам, не видят глубины, проблем государства в экономике, энергетике. Все на уровне политических высказываний, необдуманных дилетантских сплетен. И это очень плохо – то, что политики никак не могут заняться тем, что действительно нужно Литве.

Нашему государству необходимо подтянуться в некоторых областях, чтобы приблизиться  к Европе по уровню жизни, социальной модели,  уровню экономики, финансовой дисциплине, соблюдению законодательства.

Сколько можно говорить, например, о коррупции?! Сами себя называют коррумпированными, один другого обзывают, а где результаты?  Где наши институты, созданные специально для борьбы с этим  явлением? А ведь на них израсходованы десятки миллионов бюджетных средств? Где отдача? Пока можем только на одних сплетнях построить и сформировать имидж коррумпированного государства. Я - за то, чтобы не было коррупции. За наказание тех, кто берет взятки, злоупотребляет служебным положением. Но у нас эти дела непонятно почему очень долго расследуются. А ведь бороться с этим общественным недугом можно только таким способом. Но ни в коем случае не взаимными обвинениями в коррупции. Ведь  эхо этих обвинений слышит Европа, запоминающая, что Литва коррумпирована.

Хорошей иллюстрацией к этому утверждению может послужить  книга «Карта коррупции Литвы». По заказу Службы спецрасследований (ССР) была создана группа, которая установила уровень коррупции в Литве. Выводы таковы: Министерство хозяйства на 70 процентов коррумпировано (!?). Вы представляете, что это такое – 70 процентов? Министерство образования – на 60. Правительство – на 70 . В конце книги указаны источники этих сведений. Среди участников опроса тех, кто «давал взятки или участвовал в коррумпированном действии»,- 11 процентов. Тех, кто узнал о коррупции в каком-либо учреждении из средств массовой информации – по радио услышал, по телевидению, узнал из газет – 30 процентов. «Сказал сосед» - кажется, 30 процентов. Таким образом, 80 процентов сведений – это слухи и только 11 процентов – мнения тех людей, которые сами взятки давали. Кому? Врачу 200 литов, какому-то чиновнику в самоуправлении.

Давайте  бороться с коррупцией не болтовней, а делом! Есть Министерство внутренних дел, ССР, комиссариаты. Этим должна заниматься ССР, специально для этого созданная служба, в которой служат 500-600 человек. Где результаты? Я когда работал, спросил отчет годовой – хотя не очень-то право имел – неподотчетная служба. Но все равно они дали - ничего там не было.

 

О Бразаускасе-коммунисте

- Вы читали мою книгу «Развод по-литовски»? Я ее сейчас переписал, потому что получил стенограмму, когда меня аж 13 раз из партии исключали за один пленум. Завтра выйдет эта книга «И в то время мы работали для Литвы». Я начал ее в 1999 году. А когда вышел на пенсию, закончил. Эта книга о советских временах. Она не касается  перемен 1988 года. Об этом - в «Разводе по-литовски», которая переведена на английский язык. Меня часто спрашивают:  ты  же сам был коммунистом  столько лет? 12 лет был секретарем ЦК по экономике, один год первым секретарем. Как  в 60 лет сумел себя переделать? Меня притащили из Каунаса, где я  7 лет почти не снимал резиновых сапог, сюда. Там не только в строительстве гидростанции участвовал,  но и строил другие объекты. Потом в Госплане 12 лет работал  на правах министра.

Почему я  смог измениться? Во-первых, идеалы коммунизма не очень доходили до сознания более-менее образованного человека. Они не имели под собой логической основы. Я хорошо разбирался в экономике:  защитил диссертацию по экономике в Центральном экономико-математическом институте в Москве. 25 лет в макроэкономике работал.  Понимал тенденции - ведь видел все принимаемые решения, постановления ЦК, Совмина,  видел, куда идет СССР в этой области. С оборонкой много приходилось иметь дел – я же курировал все заводы номерные, которые были на территории Литвы. Так что прекрасно знал, что они делают, какие задачи перед ними стоят. Но я видел все-таки бесперспективность, безжизненность поставленных центральными органами целей. Нежизненность принципов самого строя, центрального управления, незаинтересованность исполнителей. Долго можно говорить о том, что довело страну до ручки… Я и на заседаниях союзных выступал: по системе качества, по разным специфическим вопросам и видел, что должно быть по-другому. Немного знал западный мир, встречал делегации, сам ездил, занимался закупками. Я же от Алитусского  домостроительного комбината ездил по Скандинавии, Финляндии, Швеции. Поэтому я уже многое понимал, и мне очень легко удалось понять новые реалии.

ФОТО: Литва прощалась с Бразаускасом

 

О Евросоюзе

- Сейчас, когда в Евросоюз входят 27 государств, та  система управления, которая существует, отношения между  членами и системой руководства – они недостаточны. Они слишком демократичны, построены на консенсусе, а добиться консенсуса во многих случаях очень трудно, потому что европейская семья очень пестрая. Одни очень богатые, другие – очень бедные. Все больше стран со слабо развитой экономикой и социальной системой. Поэтому затруднено принятие решений. Система становится все более громоздкой. Я думаю, что ее в корне нужно менять. И пока она будет такой, какого-то большого скачка, прогресса в исполнении идей Лиссабонской стратегии повышения технического уровня, занятости, повышения квалификации работающих и т. д. не будет. По-моему, главная цель Лиссабонской стратегии  - трудоустройство людей - весьма примитивна. Ну, осталось в Литве всего 5 процентов безработицы. Работы сегодня больше, чем желающих – почитайте газетные объявления (этот разговор происходил в летом 2007 года. – Прим. «ЛК»). Ситуацию в корне надо менять. Надо создать систему, чтобы  центр, комиссия, скажем, говорила на одном языке со всеми государствами с учетом интересов каждого. Пример – энергетика. Все в разброде, все со своим «я». Так ничего не добьемся, потому что многие оппонирующие страны очень малы. Например, как мы можем одни в области энергетической системы решить вопросы кардинально? Также в строительстве атомной станции, где  вопросов больше, чем ответов. И чем дальше, тем больше вопросов. В энергетике должно быть видение перспективы на 15-20 лет, иначе и быть не может. Потому что инерция очень большая. 

 

Об энергонезависимости

- Это зависит от многих факторов. Первое – строительство атомной станции. Но это очень сложная задача, и она может решаться в течение 15 лет. Во-вторых,  надо строить у себя комбинированные мощности: в Электренай, других городах возводить термофикационные электростанции комбинированного цикла. В-третьих, одна из главных задач в ближайшие 3-4 года – строительство кабельной линии мощностью 1 миллион киловатт.

Я говорю о том, какие меры должны быть приняты для диверсификации энергетики. Чтобы мы отрубили от России все концы – такого не будет: в этом ни мы, ни Россия не заинтересованы.  Надо учитывать и Калининградский анклав, который должен быть обеспечен и газом, и электроэнергией. Хотя с электроэнергией вопрос частично сейчас решается, потому что они построили электростанцию, один блок, правда, -  это мало. Другой еще поставят,  350 мегаватт. Но в газе и Литва, и Калининградская область нуждаются. Здесь есть общий интерес, поэтому с «Газпромом» должны быть установлены такие отношения, которые бы  гарантировали нам обеспечение газом в нужном количестве и по сносной цене. А то ведь у нас любят поговорить о «Газпроме». Альтернативы обеспечения газом нужны – например, строительство хранилищ. Все это нужно, и есть у нас стратегия развития энергетики Литвы до 2015 года, утвержденная парламентом Литвы. Это все хорошо, и надо усиленно работать. Но я думаю, что пока эта работа ведется недостаточно интенсивно. С Россией у Литвы всегда будут партнерские отношения. И я не думаю, что это плохо, хотя альтернативу надо иметь обязательно.

 

Об «ура-патриотизме»

- Дело в том, что пропагандирует это одна группа политиков в Литве. Одна группа. Те люди, которые практически мыслят и которые на самом деле думают и переживают за будущее Литвы, имеют совсем другое мнение. Потому что Россия была и будет со своими огромными ресурсами, и если ЕС частично строит свою энергетическую политику  с учетом  российских ресурсов, так извините, за счет каких ресурсов мы будем строить нашу перспективу? Это простой вопрос. Поэтому надо очень логично, спокойно, не поддаваясь на разные пропагандистские спекуляции, думать о будущем государства.

Нормальные люди прекрасно все понимают. Это понимает и образованный человек, это понимает и энергетик, и тот, кто занимается газификацией, и руководители компаний – все это прекрасно понимают. К сожалению, есть часть людей, политиков, которые не понимают сущность этого дела. Такой уровень болтовни может сильно навредить нашему государству.  Но это не все общество – это совсем крошечная прослойка людей говорит и думает так.

 

О балансе в политике

- Нет, я не думаю, что Путин воинственный. Путин как президент на своем месте. Безусловно, его выступления бывают резки, но, извините (я в политике тоже чуть-чуть был), давайте посмотрим, как другие говорят о России. Должен же быть баланс  всех этих политических речей. Не может быть игра в одни ворота. В политике дисбаланс ведет к недоразумениям, вражде, амбициям. Когда появляются неконтролируемые эмоциональные реакции, когда одна сторона начинает диктовать, будучи уверенной, что только ее мнение самое верное, правильное  и лучшее, хорошего не жди.

 

По теме:

Бразаускас – личность международного масштаба 

А. Бразаускас: литовский Петр I 

Колонка редактора: Ушла эпоха