№30 (805) 29 Июля

Автор Анатолий Иванов

...Ночь, тишина, всплеск крупных рыб в реке, на противоположном берегу Немана затаился Алитус. Там враг, который еще не знает, что хозяйничать в городе ему осталось считанные часы.

Впрочем, не знают этого и добровольцы из штурмового отряда, которым боевую задачу ставит лично командир 1-й Пролетарской Московско-Минской ордена Ленина Краснознаменной мотострелковой дивизии полковник Павел Федорович Толстиков. Именно он принял решение не ждать отставшие инженерные части, а соорудить плоты своими силами из деревьев и досок, предоставленных крестьянами освобожденных деревень. На этих подручных плавсредствах авангарду предстоит не только форсировать реку, но и закрепиться на чужом берегу. Задача такова: переправиться на западный берег, любой ценой захватить плацдарм и удерживать его до подхода основных сил. Первым, очевидно, пойдет 171-й полк гвардии подполковника Гавриила Емельянова. Там старший лейтенант Ермолаев уже набирает  добровольцев. Сигналом им станет зеленая ракета...

Старый вояка Толстиков, прошедший Крым и Рым, оглядывает строй смельчаков. Было среди них и немало сынов земли вологодской. Теперь мы знаем их имена: гвардии сержант Леонид Васильевич Старков и рядовой Христофор Анатольевич Алексеев - из Вологды. Гвардии рядовые Вениамин Федорович Бабкин и Глеб Федорович Игумнов - жители Великоустюгского района. Гвардии сержант Сергей Петрович Жирохов и гвардии рядовой Василий Григорьевич Киселев из сел Плешково и Кожухово Бабушкинского района. Гвардии младший сержант Александр Александрович Зеленов и гвардии рядовой Константин Павлович Соснин - оба из Грязовецкого района.

Биряковцев представляли гвардии младший сержант Владимир Николаевич Казаринов и гвардии рядовой Костров Георгий Николаевич. Вытегоров - Михаил Григорьевич Моськин. Бабаевцев - гвардии рядовой Василий Яковлевич Морошкин.

Из Катромы Харовского района решил добровольно в числе первых форсировать Неман гвардии рядовой Андрей Васильевич Тарт. От своих земляков не пожелали отставать жители Череповецкого района гвардии сержант Николай Васильевич Смирнов и гвардии рядовой Иван Александрович Козлов.

Лихие русские головушки! Скольких не досчитаются командиры после этого боя. Сколько навсегда заснет вечным сном в приветливой и похожей на родимую литовской земле?

Все вышесказанное - это выдержки из письма подполковника в отставке Дмитрия Степановича Рябова. Будучи тридцать лет назад военным комиссаром Алитусского района, он занялся поиском живых участников боев за Алитус, выявлением имен погибших. Память о тех, кого нет среди живых, священна для каждого, а для товарищей по оружию - особенно. Работа военкома и его сподвижников завершилась переносом останков одиночных захоронений со всей территории района на воинское кладбище города. А потом власти воздвигли обелиск, мемориальный камень, всех погибших увековечили поименно.

Рябов после выхода в отставку жил в Алитусе, продолжал заниматься поиском родственников красноармейцев, погибших летом 1944 года. Многие из сложивших головы на подступах к Восточной Пруссии десятилетиями для своих родственников числились «пропавшими без вести» или «погибшими в числе неизвестных».

Именно Рябову, к примеру, удалось до конца выяснить судьбу уже упомянутого нами сержанта Леонида Старкова. Трижды в советское время родственники гвардии сержанта Старкова побывали в Алитусе на мемориальном кладбище, которое в те годы еще называлось «Братским воинским». Последний раз это было в 1990 году, когда родственники солдата встретились с подполковником Рябовым. Который к тому времени, кстати, сам уже сидел на чемоданах, пребывая в незаслуженном юридическом статусе «оккупанта». Братские отношения между Россией и Литвой уже уступали место теориям «налаживания товарооборотов», тяжелыми катками проходя по судьбам обычных людей.

Но как бы там ни было, они и при капитализме остались нормальными людьми. Вот и Рябов, осев в Вологде, не забросил начатое в Литве дело, продолжая дотошно разыскивать тех, кто не вернулся. Вот один из рассказов отставного подполковника о боях 1944 года, записанный в 1975-м со слов Героя Советского Союза генерал-майора Толстикова.

Высота 169.1., что на западной окраине города, имела большое тактическое значение: с нее прекрасный обзор даже невооруженным взглядом. Теперь на ней стоит телевизионный ретранслятор. А в июле сорок четвертого стояли орудия и немецкие пулеметы в готовности сорвать переправу наступающих частей Красной армии.

На рассвете поступил приказ полковника Толстикова: начать форсирование. Думалось осуществить переправу бесшумно. Но уже на середине реки враг обнаружил смельчаков и открыл огонь из орудий и пулеметов. Группа старшего лейтенанта Ермолаева, кстати, тоже уроженца Вологды, первой форсировала Неман и завязала бой с фашистами. Трудная это была схватка: скоротечная по времени и жестокая по боевому напряжению. Наступавшие рубились яростно и молча, сминая в немецких окопах живую силу и технику противника.

А за спиной авангарда добровольцев в спешном порядке переправлялся емельяновский полк. Быстро и слаженно, чем отличался всегда при выполнении боевых задач. Поэтому командование и доверило полку Емельянова форсировать Неман, проложить путь всей дивизии севернее города Алитуса.

Враг оказал отчаянное сопротивление. Гавриил Александрович умело организовал разведку, взаимодействие с приданными и поддерживающими пехоту подразделениями. Он находился в боевых порядках гвардейцев, воодушевляя их на смелые, решительные действия. Противник бросил вперед автоматчиков, 30 танков, штурмовую авиацию. Одна контратака следовала за другой. Завязывались рукопашные схватки. Против танков храбрецы выходили со связками гранат.

Емельянов все время находился на том участке, где угрожала наибольшая опасность, и своим присутствием подбадривал воинов, вливал в них веру в победу, вместе с ними бил врага. При отражении одной из контратак гвардии подполковник погиб. Но его полк не отступил с занятого рубежа, с честью выполнил боевую задачу.

В первой половине дня 15 июля алитусцы с букетами цветов и слезами радости встречали своих освободителей. Но уже не было среди них Василия Киселева, Михаила Моськина, Николая Смирнова и еще многих-многих других. Они отдали свои жизни за свободу литовской земли.

Погибших хоронили в тот же день. Длинных речей не произносили - не до них тогда было. Сурово, по-мужски скупо клялись над могилами товарищей по оружию отомстить врагу.

Воины стрелковой дивизии Толстикова сдержали слово: они дошли до Кенигсберга.

...Братское воинское кладбище. Оно утопает в зелени елей, сосен, белизне берез. На плитах - русские, украинские, белорусские имена. Представители разных национальностей сражались здесь и победили. Алитусцы чтят память героев войны. Свидетельство этому - на плитах всегда пламенеют гвоздики, розы, тюльпаны. Их приносят сюда представители предприятий, школ, техникумов, - писал подполковник Рябов 28 июля 1982 года.

Вот такая рядовая крохотная история из жизни неравнодушных к большой истории людей. Помнят ли в Вологде и ее окрестностях, что на юге Литвы, в Алитусе,  покоятся сыны володогодчины?

Чтобы ответить на этот немудреный вопрос, мы сняли трубку редакционного телефона и просто позвонили в Вологду. Нашей собеседницей стала Ия Васильевна Канина, племянница того самого гвардии сержанта Леонида Старкова. Надо ли упоминать, что звонок из Литвы доставил пожилой уже женщине самые разнообразные эмоции. Но доминировали слезы:

- Что сейчас с алитусским захоронением советских воинов, нам не известно. Вот уже двадцать лет, как нет никакой возможности побывать на заветной могилке. Но очень хочется. Нас, простых россиян, очень расстроил отказ президента Литвы приехать на празднование 65-летия Великой Победы в Москву.

Это плохой знак для тех, чьи родные не только освобождали литовскую землю, но и навечно уснули в ней. Пусть политики спорят между собой о газе или нефти. Но святые моменты истории все-таки они обязаны чтить. Их же тоже крестили и воспитывали в любви к людям. Отчего ж так быстро власть вытирает из памяти эти огромные человеческие ценности?

Как там наше кладбище? Цело ли? Ухожено или запущено в соответствии с новыми веяниями литовской политики?

Как могли мы успокоили разволновавшуюся собеседницу. Но заноза осталась: действительно, как оно живет, воинское кладбище в Алитусе?

И помчал нас редакционный автомобиль по живописному шоссе через Пирчюпис, Валькининкай и Варену в Алитус. Как ни старались глаза выхватить из заоконного пейзажа хоть какие-то следы прокатившихся по этим местам боев, ничего не получилось. Время вытерло все: изменило ландшафт, посадило новые леса, отстроило крепкие дома и современные дороги. Через Нямунас давно перекинут прекрасный мост, и совсем ничего не напоминает о кровавой переправе через реку летом 1944 года. За исключением восстановленного и обновленного Мемориала воинской славы, навечно, будем полагать, расположившегося в центре города.

На одной из плит мы отыскали, уважаемая Ия Васильевна, фамилию вашего дяди – гвардии сержанта Л. В. Старкова. Здесь же стоит памятник его командиру подполковнику Герою Советского Союза Г. А. Емельянову.
Впрочем, земле все едино, кто герой, а кто безымянный стрелок.
Так что живите покойно: никто не забыт.

 

Редакция выражает искреннюю признательность нашей постоянной читательнице клайпедчанке Г. ЦВЕТКОВЕНЕ за помощь в сборе материалов, легших в основу этой публикации