Новости Литвы на русском языке. Онлайн газета "Литовский курьер" - всегда свежие новости. Сегодня: 2016.12.07 Текущий номер: N47 (1135) 24 ноября
Подписка на еженедельник «Литовский курьер» на 2017 год

Душа, что не чаяла сердца в Литве

Поделиться в Facebook! Поделиться!   |   Опубликовано: 2011 11 03, 0:03   |   Комментариев: 16

Вот и прошел очередной день первого ноября, день, когда мы вспоминаем об ушедших навсегда друзьях, родственниках и знакомых. День, когда в душе оживают воспоминания, и мы даже среди толпы вдруг переносимся далеко вспять сквозь годы. Грустно, что зачастую уже ничего нельзя изменить, и в утешение остается только изрядно побитая молью память. А ведь никто не забыт и ничто не забыто… Поэтому сегодня мне бы хотелось напомнить всем читателям «Литовского курьера» об одной храброй душе, чьи поступки в свое время принесли ей известность, но далеко не любовь современников. Душе, что любила Польшу и Россию, не чаяла сердца в Литве – Надежде Андреевне Дуровой.

Нашим проводником во времена гусаров, кирасиров и великих полководцев – Кутузова, Наполеона, Мюрата и князя Багратиона – будет сама Надежда Андреевна Дурова, точнее, воспоминания из ее мемуаров «Кавалерист-девица. Происшествие в России», изданных благодаря содействию великого русского поэта Александра Сергеевича Пушкина в 1836 году.

Детские лета

Истории жизни Дуровой предшествовали драматичные события. Мать ее влюбилась в молодцеватого ротмистра гусаров Дурова и вопреки воле отца сбежала с любимым. Обиженный отец дал зарок никогда не прощать дочь-ослушницу и слово держал. Сколько ни пробовали молодые помириться – все попытки заканчивались ничем. Последняя надежда была на то, что рождение первенца наконец-то принесет мир. Поэтому не счесть было разочарования и горя молодой матери, когда вместо долгожданного сына на свет появилась девочка. Слово самой Надежде Дуровой: «Я была очень крепка и бодра, но только до невероятности криклива. Маменька расположилась было заснуть в карете, но я опять начала плакать, и, несмотря на все старания няньки утешить меня, я кричала от часу громче: это переполнило меру досады матери моей; она вышла из себя и, выхватив меня из рук девки, выбросила в окно! Гусары вскрикнули от ужаса, соскочили с лошадей и подняли меня всю окровавленную и не подающую никакого знака жизни; они понесли было меня опять в карету, но батюшка подскакал к ним, взял меня из рук их и, проливая слезы, положил к себе на седло. Он дрожал, плакал, был бледен, как мертвый, ехал не говоря ни слова и не поворачивая головы в ту сторону, где ехала мать моя». Видимо, сам Бог хранил Надежду для будущих подвигов и необычной, яркой, словно метеор жизни.

С того времени воспитанием малышки по поручению ее отца занялся фланговой гусар Астахов. Вскоре после рождения Надежды сердце ее деда, наконец, оттаяло и он простил свою дочь.  Тем не менее, в материнском сердце любви к нежданной дочке так и не появилось. Даже скорее наоборот, с каждым годом жизни пропасть между матерью и дочерью становилась все шире и глубже. В памяти будущей лихой кавалеристки навсегда словно застыли картины того как «…бегала и скакала по горнице во всех направлениях, кричала во весь голос: «Эскадрон? направо заезжай! с места! марш-марш!» Тетки мои хохотали, а матушка, которую все это приводило в отчаяние, не знала границ своей досаде, брала меня в свою горницу, ставила в угол и бранью и угрозами заставляла горько плакать».

Первая любовь против брака по расчету

Так продолжалось год за годом, жестокое отношение матери, продолжавшей попытки превратить Надежду в примерную, послушную воле родителей девочку, наталкивались на непреодолимое сопротивление. Традиционные женские занятия вроде вышивания в самой Надежде, росшей с пеленок на руках у гусар, порождали только бунт. Было, правда, одно обстоятельство, благодаря которому судьба Надежды могла бы сложиться совсем иначе… и, как знать, возможно, сама Надежда благодаря этому могла бы стать намного счастливей, а история лишилась бы кавалерист-девицы. Будучи с визитом у тетушки, Надя влюбляется в сына помещицы Кирияковой, но «старая Кириякова просила тетку мою осведомиться, имею ли я какое приданое, и, узнавши, что оно состоит из нескольких аршин лент, полотна и кисеи, а более ничего, запретила сыну своему думать обо мне… Думаю, что если б тогда отдали меня за него, то я навсегда простилась бы с воинственными замыслами». Тем не менее, все сложилось совершенно по другому сценарию. Сама Надежда в своих записках об этом почему-то предпочитает не вспоминать, но факт остается фактом. Документы свидетельствуют, что Дурова в «Записках», сознательно искажая свой возраст, сделала невозможным даже предположение о ее браке. Так, например, читая документ военного министерства – указ об отставке, выданный в 1817 году 24-летней Дуровой, нельзя подумать, что в 1801 году, то есть в возрасте 8 лет, она вышла замуж. Но сохранился другой документ, который прямо раскрывает тайну – это запись Вознесенского собора о бракосочетании от 25 октября 1801 года за N 44: «Сарапульского земского суда дворянский заседатель 14-го класса Василий Степанович Чернов, 25 лет, понял г. сарапульского городничего секунд-майора Андрея Дурова дочь девицу Надежду, 18 лет». Слово «понял», или «поял», означало тогда «взял в жены». Имеется также метрическое свидетельство о рождении у Черновых в январе 1803 года сына Ивана. Однако согласия между супругами как не было так и не было, и вот вскоре Надежда покидает мужа, оставив ему сына.

Военная стезя

Дурова бежит в Гродно и поступает в Литовский уланский полк. Женщина участвует в битвах при Гутштадте, Гейльсберге, Фридланде, отличается храбростью и воинской сноровкой. За спасение раненого офицера в разгар сражения была награждена солдатским Георгиевским крестом и произведена в офицеры с переводом в Мариупольский гусарский полк. Из воспоминаний Надежды: «Увидела я несколько человек неприятельских драгун, которые, окружив одного русского офицера, сбили его выстрелом из пистолета с лошади. Он упал, и они хотели рубить его лежащего. В ту ж минуту я понеслась к ним, держа пику наперевес. Надобно думать, что эта сумасбродная смелость испугала их, потому что они в то же мгновение оставили офицера и рассыпались врознь». Вскоре о том, что в армии служит переодетая мужчиной женщина, узнает император Александр I. Император разрешает Дуровой остаться на службе, дает ей фамилию Александров, денежное пособие, Георгиевский солдатский крест. А также производит в корнеты и назначает в Мариупольский гусарский полк, из которого она в 1811 г. была переведена в Литовский уланский.

Литва – любовь Дуровой

Во всем творчестве Надежды Андреевны Дуровой легко можно увидеть нескрываемое ею восхищение Литвой и Польшей. Не могу удержаться и не процитировать слова из ее книг: «Я перехожу из очарования в очарование!.. Польша!.. одно это слово сводит меня с ума от радости!.. Итак, вот этот край… театр стольких происшествий!.. Но где все то высказать, чем полна душа моя!.. Это тот край, в котором любовь поставила престол свой!.. Сколько имен приводят на память эти безмолвные поля!.. Ян Собиесский!.. Валленрод! Альдона!.. Все, что я когда-нибудь читала о происшествиях этого края, о войнах Литвы, все это оживляется предо мною, все это движется на этих полях». Жизни в Литве Дурова посвящает одну из своих лучших книг, роман «Гудишки», в котором с фотографической четкостью описывает нравы литовской шляхты. Достаточно несколько строчек из книги, и тот мир, давно ушедший, затягивает нас на бал в замке магната, где «важные паны Польские и Литовские, в бархатных кунтушах, атласных полукафтаньях, с золотыми кистями, бриллиантовыми пуговицами; огромными усами и гордою миною, величаво проходили по великолепным комнатам. Воздушныя, очаровательныя панны, томныя, пленительныя пани, прелестно одетыя, в цветах, кудрях, бриллиантах, жемчугах, золоте, в флере, газе, дымке, бархате, атласе, в горностаях, соболях, превосходили все, что можно было бы сказать об изяществе их красоты и наряда».

Так Дурова писала о столь милой ее сердцу Литве, ныне все это или забылось, или кануло в Лету. Книги Надежды сохранились лишь в пыльных запасниках библиотек да в недрах Интернета, поэтому давайте хотя бы в день поминовения усопших возьмем их в руки и вспомним не только о кавалерист-девице Дуровой, но и о многих других наших с вами предках, героях и просто людях минувшего. Ведь пока мы о них помним, они живут…

Войцех КOC.

 

Справка «ЛК»

Дурова Надежда Андреевна – известная «кавалерист-девица» и писательница. Родилась в 1783 г.; провела детство и юность в военной обстановке, с малых лет обнаруживала призвание к военному ремеслу. В 1807 г. зачислилась юнкером в Конно-Польский полк, выдав себя за дворянина Александра Соколова. Дурова участвовала в заграничном походе; отличилась в сражениях при Гутштадте и Гейльсберге. В 1812 г. Дурова была произведена в поручики; участвовала в войне с французами, дралась под Смоленском, состояла ординарцем при Кутузове, была ранена. В 1816 г. вышла в отставку с чином штабс-ротмистра и правом носить мундир. Остальные свои годы провела в Вятской губернии, живя пенсией и литературным заработком. Умерла в 1866 г.

Метки:  , , , , , , , ,

SELECTORNEWS
Комментарии читателей (16)
  1. (78.61.223.99) Сергей пишет:

    Это наверно о ней фильм “Гусарская баллада”?
    Насчет крепостного права – предлагаю интересующимся прочитать книги “В лесах и на горах” П.И. Мельникова, русского писателя, жившего в те времена и знавшего, о чем писал.
    Добра






В комментариях запрещается размещение рекламных материалов, использование ненормативной лексики, разжигание межнациональной розни. Нарушители выше упомянутых правил могут привлекаться к ответственности!

Please note: Comment moderation is enabled and may delay your comment. There is no need to resubmit your comment.

 Доступные символы

Защитный вопрос *

Реклама
Мы в Фейсбуке!