Новости Литвы на русском языке. Онлайн газета "Литовский курьер" - всегда свежие новости. Сегодня: 2017.09.22 Текущий номер: N38 (1178) 21 сентября
Подписка на еженедельник «Литовский курьер» на 2017 год

Единственная программа – развитие экономики

Поделиться в Facebook! Поделиться!   |   Опубликовано: 2015 05 28, 0:03   |   Комментариев: 4

«Относительно неплохим» назвал состояние литовской экономики вице-президент, генеральный директор Конфедерации промышленников Литвы Гядиминас Райнис. О том, что происходит с литовским экспортом, каковы последствия экономических санкций – он рассказал в эксклюзивном интервью «ЛК».

– На сегодня у Литвы хорошие экономические показатели доказывающие, что рост экономики продолжается, – говорит гость «ЛК», – мы все еще находимся в так называемой зеленой полосе. В настоящее время литовский экспорт составляет 60 проц. в страны Евросоюза, 30 проц. – в страны бывших советских республик (кроме Латвии и Эстонии) и, к сожалению, только 10 проц. приходится на все остальные страны, в том числе Америку, Канаду, Бразилию, Индию, Китай.

Однако опасность заключается в другом: если посмотреть на глобальный рост экономики в целом, то Евросоюз является одним из тех экономических блоков, где рост экономики предвидится совсем небольшой по сравнению с другими мировыми странами (или группами стран). На наше счастье, Литва больше связана с северными странами – Германией, Голландией, Великобританией, в отличие от южных стран Евросоюза, которые считаются проблемными. Кроме того, с введением евро Литва получила экономическую безопасность. Я был одним из сторонников введения евро и мой главный аргумент  в пользу общеевропейской валюты заключался именно в большей экономической безопасности. Думаю, что в этом плане от введения евро мы выиграли по сравнению с тем, что у наших восточных соседей произошла девальвация.

– Чем привлекателен для Литвы российский рынок, и какой сектор литовской экономики пострадал больше всего от введения экономических санкций?

– Российский рынок привлекателен для наших экспортеров, во-первых, потому, что это большой рынок. Во-вторых, исторически мы – соседи и хорошо знаем друг друга. Россия является одним из самых крупных наших партнеров. Если говорить цифрами, то в предыдущие годы литовский экспорт в Россию составлял 16,5 млрд литов. Хочу обратить внимание читателей на тот факт, что целых 85 проц. литовского экспорта в Россию  приходится на реэкспорт и только 15 проц. от экспорта составляет продукция литовского происхождения.

Предвижу вопрос – почему так? Такова статистическая методика Евростата. В частности, считается, что в Литве большой сектор в промышленности приходится на производство транспортных средств. Все мы прекрасно знаем, какой это транспорт – автомобили «второй руки» из Голландии, Германии, которые пригоняются в Литву, ремонтируются и продаются не только в Россию, но и в Казахстан, Киргизию, Таджикистан. Это является очень большой статьей литовского экспорта. Одно непонятно, почему «Мерседес», произведенный в Германии, немного побитый и отремонтированный в Литве, считается литовским экспортом? Но этот вопрос следует адресовать Люксембургу.

Говоря о методике Евростата, хочу привести еще один пример зеркальной статистики. Готовясь к XI литовско-белорусскому экономическому форуму, который пройдет в Мариямполе 9 июня, я захотел сделать экономический бюллетень, в котором указаны все основные экономические показатели между Литвой и Беларусью. Казалось бы, все просто – литовский экспорт в Беларуси фиксируется как литовский импорт и, наоборот, белорусский экспорт в Литве фиксируется как импорт, и цифры должны совпадать. Показатели не то, что не совпадают, они страшным образом не совпадают, и это то, что называется зеркальной статистикой. К сожалению, обе стороны правы, только у них разная методика подсчета.

Все знают, что статистика – самая большая ложь, поэтому если говорить серьезно, то надо смотреть не столько на цифры, сколько на объяснения, что они значат. К примеру, если какой-нибудь московский супермаркет делает заказ на покупку марокканских мандаринов, а литовский перевозчик их доставляет, то это считается марокканским экспортом в Россию. Но если литовское транспортное предприятие знает, что этот груз нужен и его будут покупать, оно самостоятельно может купить мандарины, затем перевезти и перепродать московскому супермаркету, тогда этот товар будет считаться литовским экспортом.

Поэтому если вы вдруг в статистическом зачете обнаружите французское вино или польские яблоки как литовские, не удивляйтесь. Это не нарушение. Это «груз третьих стран» – такое нововведение появилось в российском транспортном кодексе.

Хочу сразу оговориться: являясь членом СУПРа (Союз участников потребительского рынка), который в Брюсселе называется Business Europe, мы (в том числе Конфедерация промышленников Литвы) приняли совместное постановление, а именно, что в нынешней особенно острой политической риторике мы не комментируем политические решения, а просто иногда излагаем свою точку зрения.

Если говорить о последствиях экономических санкций, то в первую очередь от них пострадал транспортный сектор. Поскольку наши транспортные предприятия находятся в наибольшей зоне риска, ведь любые преграды – будь то экономические или политические санкции – сразу же налагаются на литовских (и не только) перевозчиков. И, конечно, пострадали литовские производители сельхозпродукции и перерабатывающие предприятия (хотя из-за эпидемии свиной чумы проблемы были еще до введения санкций). Из 16,5 млрд литов, приходящихся на литовский экспорт в Россию, 2,5 млрд литов за прошлый год составляли товары литовского происхождения, из них на пищевые продукты приходилось 1,068 млрд литов, в том числе на мясо – 157 млн литов, на молочные изделия – 501 млн литов. Из всего импорта сыров (согласно статистике Евростата), которые импортируются в Россию, 12 проц. составляли литовские сыры. Конечно, для нас это проблема, но опять же, я не комментирую политических решений. Могу сказать одно: разумеется, в этой связи надо искать новые рынки сбыта.

– О предоставлении помощи литовским бизнесменам в поиске новых рынков заговорили уже на уровне МИД Литвы.

– Буду откровенен: конечно, небольшая помощь на уровне дипломатических возможностей нужна – в каких-то случаях встретить, в каких-то организовать, но, тем не менее, весь риск экспорта ложится на плечи самих предприятий. Проблема с экспортом мясных и молочных продуктов заключается в том, что ввоз этих продуктов на зарубежные рынки очень и очень регламентируется. Там нужны соответствующие сертификаты, особенно в мусульманские страны. Поэтому на сегодняшний день у нас больше проблем не по линии МИД, а по линии сертификации. Порой доходит до смешного, когда помощи на проведение встреч, бизнес-миссий, ярмарок от структурных фондов больше чем надо, зато помощи нашим ветеринарным службам, которые должны ездить в те страны, где возникали проблемы с сертификацией, показывать результаты проверки, слишком мало.

Если говорить о новых рынках, то, например, возможность экспорта на китайский рынок напрямую связана с благоприятным отношением политиков той страны, которая хочет экспортировать, на то, что происходит в Китае  – и это мы чувствуем. Иногда скорость и процесс принятия разрешительных процедур они привязывают к политическим вопросам. В равной степени это относится и к США – свои домашние задания мы выполнили еще несколько лет назад, а сейчас идет процесс оценки заинтересованных групп – как они оценивают возможность появления новых экспортеров на американском рынке.

В общем, для того, чтобы освоить новые рынки, нужно время, чтобы местные потребители могли хорошо узнать твою продукцию и она могла пользоваться спросом. Ведь появление нового не всегда означает быстрый объем роста потребления.

– Экономические отношения с Россией складываются не только из экспорта продуктов питания, но и из бизнес-отношений, литовских инвестиций. Некоторые литовские предприниматели уже сегодня говорят о том, что они терпят убытки на российском рынке. Известно, например, что Panevėžio statybos trestas закрыл свой филиал в Калининграде, а чуть раньше отказался от планов по строительству торгового центра там же. Так все-таки российский рынок потерян для литовского бизнеса?

– Нет, конечно. Но проблему экономических санкций я бы не ставил на первое место, поскольку в восточных странах происходит экономический кризис и некий упадок, связанный с девальвацией рубля. Все было бы нормально, если бы не девальвация рубля. Если чуть больше года назад один лит равнялся приблизительно 10 российским рублям и около 35 рублей стоил один евро, то теперь евро колеблется между 55-57 рублями, то есть случилась девальвация рубля по отношению к евро. Если раньше литовский предприниматель, продав товара на 35 рублей, получал 1 евро, то сейчас за те же 35 рублей он получит только 0,7 евро. Упала рентабельность, в этой связи возникли проблемы с новыми инвестиционными проектами.

Кроме того, иногда под некой искусственной девальвацией поощряется собственный капитал, потому что ты становишься конкурентоспособным. Так, зарубежному инвестору становится нерентабельно экспортировать в Россию, в то же время ты заполняешь своими товарами свой рынок. Но есть и другая сторона, особенно для привлечения инвестиций. Двигатель экономики – это конкуренция, а если ты будешь слишком оберегать свой рынок, то о какой конкуренции может идти речь?

Таким образом, на экономические отношения с Россией повлияли три причины: санкции (в меньшей степени), уменьшение покупательной способности и девальвация рубля (самая большая проблема). По всем остальным несанкционным секторам – в текстильной, мебельной промышленности, в металлообработке, машиностроении –  все осталось по-прежнему, эти сектора открыты.

– Возвращаясь к Литве, насколько действующий в Клайпеде терминал сжиженного газа оправдал себя с экономической точки зрения?

– Трудный вопрос. Я не специалист по энергетике, поэтому мои слова следует принимать с некоторой осторожностью. Если бы мы говорили об этом два года назад, когда были другие цены на газ, тогда и показатели были очень хорошие. Бесспорно одно – альтернатива всегда нужна, в техническом отношении одна труба – не всегда хорошо в плане безопасности, потому на газопроводах иногда случаются повреждения и взрывы.

Сегодня постоянные издержки терминала (плата за найм) ложатся на плечи нынешних потребителей. Самый большой потребитель – это производитель удобрений Achema – соответственно издержки ложатся на нее и на тех потребителей, которые используют газ в качестве отопительного энергоносителя. Получилось так, что в Литве очень многие районные и городские котельни переведены на биотопливо, только Вильнюс остался работать на газе – и тоже является большим плательщиком издержек терминала. Строительство завода по сжиганию мусора в Вильнюсе приостановлено, поэтому сжигаем газ.

Хотя терминал действует минимальными оборотами в 540 млн кубометров газа, однако мощность у него большая. Если потребление газа составляет 3 млрд кубометров в год, то в данном случае чуть ли не одно судно на полную мощность может обеспечить всю потребность Литвы в газе. Но есть еще договоры с «Газпромом», да и ценовая политика несколько изменилась, и полностью отрицать, что на цены на газ влияют только мировые цены, а не альтернативный терминал, честно говоря, я не могу. Наверное, влияют оба фактора, только вопрос – какой из них больше.

Бесспорно, монопольное снабжение газа было, монопольное не всегда означает плохое, но единственный поставщик и единственная труба не обеспечивали защиты от монополистически установленных цен. В общем, терминал сжиженного газа – проект дорогой, но он обеспечивает как техническую, так и ценовую безопасность.

Тогда возникает резонный вопрос – не слишком ли много мы платим за эту альтернативу? Но тут уместно вспомнить бывшего президента Конфедерации промышленников Литвы Бронисловаса Лубиса, который и начал этот проект. Только Лубис хотел осуществить его несколько иначе – использовать самый дешевый вариант. Он любил говорить, что этот терминал должен быть похож на танк в распоряжении военных – он может не выстрелить ни разу, но он должен быть.

Так что терминал, без сомнения, нужен, вопрос только в использовании его самым рациональным путем. Учитывая его мощность, следует создавать альтернативы – либо газовому рынку, либо использовать для перекачки газа на суда. Так, со следующего года вступает в силу директива Евросоюза, согласно которой у всех судов в Балтийском море объем серы в морском топливе должен составлять 0,1 проц. (вместо нынешних двух проц.). Поэтому  единственное рациональное решение по этому вопросу – перевод всех кораблей с мазута на газ в качестве судового топлива и использование терминала в качестве дозаправки судов. Такой аналог автозаправочной станции, но только для судов.

– Что даст Литве участие в международном транспортном проекте Rail Baltica?

– Новые транспортные артерии могут дать новые толчки в перерасчете рентабельности маршрутов. В частности, те деньги, которые отводятся на Rail Baltica, например, латыши (по моим сведениям) инвестировали не столько в саму линию, сколько в перегрузочные укрепления перевалочных станций. Они рассчитывают на то, что западноевропейские грузы в Москву, да и в Санкт-Петербург все равно должны быть переразгружены. И это будет делаться уже не на границе, а в удобных логистических центрах.

Поэтому Rail Baltica надо рассматривать как сеть, где в логистических перевалочных центрах будет осуществляться перегрузка с восточной стороны в западную Европу или наоборот. Вне всякого сомнения, любое развитие инфраструктуры для бизнеса хорошо. Понятно, что всегда возникает вопрос рентабельности, но если Евросоюз поддержал не только решениями, но и финансовыми средствами, в отличие от строительства терминала сжиженного газа, где использовались только национальные средства, значит, от проекта будет польза. К тому же любое строительство железных дорог – это большой толчок всей экономике.

Кроме того, в Европе железнодорожные станции находятся в центральных городах и очень большое число людей ими пользуется. Это удобно, в отличие, например, от услуг авиации, где есть свои неудобства – надо как минимум за полтора часа до вылета прибыть в аэропорт, к тому же иногда случается и нелетная погода. Поэтому если будут скоростные железнодорожные линии, они могут создать конкуренцию другим видам перевозки пассажиров, в частности авиаперевозкам.

– С 1 июля минимальная месячная зарплата в Литве увеличится до 325 евро. Не могу не спросить о парадоксальной ситуации, связанной с повышением минималки. С  одной стороны, ее увеличивают, но с другой, необлагаемый налогом минимум не меняется. Таким образом реально выигрывает государство, а работники в итоге не ощутят повышения?

– Я считаю, что можно просто увеличивать зарплату, не увеличивая минимум. Для чего это магическое слово («минимум»)? Я хочу и увеличиваю. Неужели для этого надо решение парламента? Но самая большая проблема в том, что целых 16 процентов всех работающих в Литве по трудовому договору не получают минимальной зарплаты. Почему? Потому что они оформлены на неполный рабочий день. Отчасти это понятно, если ты, к примеру, студент и по вечерам, в свободное от занятий время, где-то подрабатываешь. Но не все 16 проц. просто подрабатывают. Остальные таким образом выкручиваются. Это и есть теневая экономика. Все согласны, что даже официально получая минимальную зарплату, прожить в принципе невозможно. Значит, есть какие-то дополнительные доходы. Опять повторюсь, на меня производит впечатление не столько цифра, сколько оценка того, что под этим подразумевается.

– Я знаю, вы противник дополнительных государственных праздников, вы за то, чтобы больше работать. А как вы относитесь к пересмотру Трудового кодекса?

– Проблема заключается в том, что политики не видят общей картины. Во-первых, мы очень увеличили количество праздничных дней. При этом остаются неиспользованные резервы. Надо равномерно распределять отпуск, праздничные и свободные дни. В Литве очень много свободных дней, например, материнских (родительских). Я не говорю, что их надо отнять, но скажите, зачем надо было принимать поправку к Трудовому кодексу о предоставлении родителям, воспитывающим детей до 12 лет, половину оплачиваемого свободного дня 1 сентября?  Неужели без этой поправки родителей не отпустили бы с работы? Между тем самые большие проблемы у родителей начинаются 2-го, 3 сентября, когда ребенка надо научить переходить улицу, открывать дверь, разогревать обед и проч. Поэтому под предлогом, что я обязан вас отпустить 1 сентября, когда вы попросите меня отпустить вас 2 сентября, я скажу: нет.

Еще один пример свободных дней – это  предоставление дополнительного отпуска за стаж. Но давайте будем честны: это советский реликт, когда поощрялся трудовой стаж, отработанный на одном рабочем месте. Сейчас другая экономика, другая динамика, люди не работают по 20-30 лет на одном и том же месте. Сюда еще добавьте возможность взять дополнительные дни на учебу, экзамены. Отдельной строкой идет материнский отпуск по уходу за ребенком. В Люксембурге, например, согласно трудовым законам, такой отпуск предоставляется на 4 месяца. Я не предлагаю сделать и у нас так же, но давайте дадим возможность желающим мамам не выбиваться из трудового рынка. Еще сейчас слышатся предложения узаконить рождественские каникулы. Зачем? Работодатель своих работников, если они хотят, отпустит и так, для этого не надо принимать закон. Поэтому во всем нужна гибкость и еще раз гибкость. К сожалению, Сейм этой общей картины не видит.

Что касается готовящихся изменений к Трудовому кодексу, то процесс идет, обновление будет. Но надо еще осуществлять фундаментальные шаги. Скажем, одна из идей – создание гарантийного фонда для увольняемых работников. Мы знаем, что в Литве действует гарантийный фонд, в который каждый работодатель платит 0,2 проц. из фонда заработной платы на случай банкротства предприятия. В равной степени (и все с этим согласны) можно еще создать альтернативный фонд помощи увольняемым, при котором работодатель выплатит выходное пособие только за один-два месяца, а всю остальную сумму, сколько положено по закону, доплачивает государство из этого фонда. Но опять же, в фонд надо платить дополнительно, потому что деньги из ничего не получаются. Поэтому по некоторым опорным точкам нужны политические решения. Таким образом остались еще некоторые спорные вопросы, но работа продвигается. Главное, не надо спешить.

– Месяц назад Международный валютный фонд назвал Литву развитой страной. Если у нас все так благополучно, почему тогда поток эмигрантов не уменьшается?

– Одна из причин, которая движет потоком эмиграции – это любопытство, желание посмотреть мир или намерение учиться за рубежом. Другая причина, которая уже влияет на трудовую эмиграцию, кроется в том, что вознаграждение за работу в Литве не соответствуют желаниям. В идеале хотелось бы, чтобы молодой человек, поработав и подзаработав в Европе, возвращался в Литву и открывал здесь собственный бизнес. Увы, такой идеальной картины нет.

К великому сожалению, мы в абсолютно открытом конкуренционном пространстве с теми странами, в которых благосостояние экономики формировалось не два десятилетия, как у нас, не можем дать тех зарплат, которые могут дать они. Не от того, что наши работодатели скупы и мало платят, а от того, что там созданное за счет сильных экономических субъектов богатство перераспределяется всем. Они за то, чтобы было больше богатых, при хорошо функционирующем перераспределении. Мы же в переходный период потеряли половину промышленности.

Единственный путь в нынешних условиях – это создание большего экономического пирога, при котором разница ВВП на душу населения будет уменьшаться. Тогда будут созданы предпосылки того, что зарплата за одинаковый труд будет одинаковой во всех странах ЕС.

И когда сейчас пытаются создавать программы по возвращению или уменьшению эмиграции, я совершенно не понимаю их смысла. Единственная программа – это развитие экономики. Возможно, найдутся недовольные культурной жизнью или плохим социальным обеспечением, но в целом недовольство у людей вызывает только финансовое обеспечение. Поэтому надо иметь пирог по больше. На этот случай есть очень хороший индикатор – доля промышленности в создании ВВП. В Европе – это 15 проц., в Германии и, к счастью, в Литве – больше 20 проц.

Я не верю в прогнозы о перспективности одних и других предприятий, а верю в менеджеров, которые находят нишу, находят хорошие технологии. Поэтому давайте поощрять лидеров – пусть это будут небольшие предприятия, но они растут. Понятно, чтобы дорасти до мировых гигантов, им нужны не годы, а десятилетия, но это уже вопрос времени.

Надежда ГРИХАЧЕВА
Фото из личного архива Г. Райниса

Статистика – самая большая ложь, поэтому надо смотреть не столько на цифры, сколько на объяснения, что они значат

XI литовско-белорусский экономический форум

8 – 10 июня 2015 г. в Мариямполе состоится XI литовско-белорусский экономический форум. Основной тематикой станет торгово-экономическое и инвестиционное сотрудничество Беларуси и Литвы, включая взаимодействие в области транспорта, транзита и логистики, финансовых рынков и банковских услуг, сельского хозяйства и пищевой промышленности.

Организаторами форума выступают с белорусской стороны: Министерство экономики, МИД, посольство Беларуси в Литве, профильные республиканские органы государственного управления; с литовской – Конфедерация промышленников Литвы, Литовский деловой совет по экономическому и торговому сотрудничеству с Республикой Беларусь, отраслевые ассоциации предпринимателей, посольство Литвы в Беларуси.

Литва является одним из ведущих европейских внешнеэкономических партнеров Беларуси. Страны эффективно сотрудничают в транспортно-транзитной и инвестиционной областях, хорошими темпами расширяется двусторонняя торговля товарами и услугами. По итогам 2014 года объем торговли между нашими республиками достиг 1,4 млрд долларов США. Только за январь-март 2015 года этот показатель составил около 300 млн долларов. Объем литовских инвестиций в экономику Беларуси в 2014 году достиг 233,5 млн долларов и увеличился по сравнению с 2013 годом на 31%. При этом прямые инвестиции превысили 190 млн долларов. В Беларуси работает свыше 600 предприятий с участием литовского капитала, в Литве – порядка 250 компаний с белорусскими инвестициями.

Метки:  , , ,

SELECTORNEWS
Комментарии читателей (4)
  1. (78.60.154.229) дейч пишет:

    эх вася
    политики хотят кушать здесь и сейчас
    а не в завтра таращить стеклянный глаз
    завтра другой герой пришьёт карман с дырой
    так что вася на ваши мечты лишь увы увы увы

  2. (66.249.81.188) Вася пишет:

    В принципе все правильно сказано,но! как поднимать свой бизнес если государство само душит??? Хотите сделать рабочие места – закройте глаза и уши на 3 года для каждой НОВОЙ частной компании или предприятия. И немного помогите ( например стандартный кредит на 3 года безпроцентный) . Поверьте – встанут на ноги,будут и налоги. Даже маленькая лавченка с одним продавцом ,дает работу минимум 5 человекам ( транспортники,поставщики и пр.). Есть опыт Великобритании – почему его не взять за основу???? Нельзя – надо задушить малый бизнес. О каком развитии может идти речь((((( допустим я могу в сфере финансов из 10 тысяч сделать за один год 100 тысяч, но у нас нельзя ИП заниматься финансами, да и условия для работы в финансовой сфере – легче бубликами торговать. Ни как не поймут – все заработанное за границей будет тратиться в Литве, а это уже хорошо. Вот и приходиться работать черт знает где и тратить не у себя дома.

  3. (87.228.58.176) Смотритель маяка пишет:

    Снявши голову по волосам не плачут.

  4. (79.180.66.182) Vitenberg Berelis (Israel) пишет:

    Очень умные и толковые комментарии господина Райниса






В комментариях запрещается размещение рекламных материалов, использование ненормативной лексики, разжигание межнациональной розни. Нарушители выше упомянутых правил могут привлекаться к ответственности!

 Доступные символы

Размер шрифта

A A A

Реклама
Мы в Фейсбуке!