Новости Литвы на русском языке. Онлайн газета "Литовский курьер" - всегда свежие новости. Сегодня: 2017.09.23 Текущий номер: N38 (1178) 21 сентября
Подписка на еженедельник «Литовский курьер» на 2017 год

Их юность война опалила

Поделиться в Facebook! Поделиться!   |   Опубликовано: 2015 04 16, 0:04   |   Комментариев: 0

Памяти моей мамы
Бай (Мастыкиной)
Анастасии Демьяновны
посвящается…

Нет, она не воевала, но видела войну, грозную, беспощадную, грубую и бесчеловечную, и запомнила ее навсегда и рассказывала о ней редко, со слезами на глазах нам, детям и внукам.

Мама родилась в 1929 году на Смоленщине, в деревне Еськово. Ее отец воевал еще в Первую мировую войну, попал в плен, где прожил 2 года, работал у фермера в Германии, но домой вернулся к жене и дочери, привез в награду за хорошую работу часы на цепочке, костюм-тройку и отрезы красивых тканей на платья своим родным.

Мама рассказывала, что перед самой войной в деревне появились молодые красноармейцы, спросили дорогу в соседнюю деревню Пнево и ушли. Только форма у них была новенькая, с иголочки, и говорили они с акцентом. Жители деревни после их ухода обнаружили, что вода в колодцах отравлена, а вечером увидели, что горит соседняя деревня Пнево, где был сельсовет. Рано утром 22 июня увидели и летящие черные самолеты, рев моторов которых просто оглушал в той ранней, еще мертвой тишине, и услышали грохот взрывов – бомбили Смоленск!

Каждый спасался как мог! Через деревню шла старая смоленская дорога, по которой и день и ночь шли беженцы, военные, ехали повозки. Информации не было никакой – одно слово – «война». Мой дедушка с напарником погнали колхозный скот – коров, лошадей, овец – за Москву, там получили документы и 3 месяца возвращались домой через линию фронта, кормились у простых людей, ночевали где придется, но дошли до дома.

А в деревне и кругом шли бои, стреляли, бомбили, было жутко и страшно, спали урывками, когда наступала тишина. Все жители копали землянки, просто ямы подальше от домов, переносили вещи и там ночевали. Своими глазами видела мама, как 7-8 молодых бойцов приняли свой последний бой в их домике. Немцы окружили его и предлагали сдаться, но они держались и отстреливались до последнего патрона, немцы были с автоматами, весело переговаривались и хохотали… Но последний выстрел остался за раненым офицером Красной армии, который вышел, прихрамывая, из дома и застрелился у них на глазах. Моя бабушка плакала и закрывала ладонями глаза своим детям, но мама, будучи очень любознательной, все же увидела этот подвиг! Немецкий офицер разрешил похоронить всех бойцов, только забрали документы у этих безымянных, чьих-то сыновей и отцов. Хоронили всем селом. А в селе остались – одни пожилые женщины с детьми и старики.

Началась новая непонятная жизнь, жизнь в оккупации. Немецкие солдаты и офицеры селились в домах, хозяева – в хлевах, сараях, всю домашнюю скотину съедали, не спрашивая разрешения. Летом еще удавалось спасти корову, свиней, их прятали в лесу или уводили к родным в дальние деревни, куда сложно было добраться, не зная дороги. Забирали всех животных сразу – у соседа было 6 детей, так его чуть не расстреляли за то, что прятал корову, а ведь она была единственной кормилицей всей большой семьи. Урожай собирали всей деревней, то, что осталось на полях после боев, бомбежек, уносили, прятали, закапывали картошку, свеклу, репу, зная, что зимой не выжить, но рисковали все своей жизнью, за это расстреливали на месте. В первые месяцы войны немцы были веселые, уверенные, чистые и аккуратные, играли на гармошке, часто говоря на ломаном русском языке:

– Матка, едем в Москву чай пить.

Вернулся после плена дед, он немного говорил по-немецки, мог договориться с новыми хозяевами.

Дети как могли помогали взрослым. Мама с двоюродным братом Шуркой носили из леса ягоды и грибы. Однажды поехали в дальний лес за Днепр, через Соловьевскую переправу – собирать грибы и вдруг – свист соловьиный, насторожились – знали, что соловьи лишь летом поют, а перед ними – солдатики, небритые, худые, костер, землянка… – они попали в партизанский отряд. Поговорили, расспросили о жизни в деревне и попросили принести самое необходимое – соль, нитки с иголкой, еды, спички… Пообещали. А как это сделать?

Ехать до переправы нужно на автобусе, в котором немцев полно, страшно, но помочь хотелось еще больше. Сначала родителям не говорили, везли на дне корзинки, в карманах пальто нужные продукты и вещи. В лес входят, идут, свистят и видят – уже собранные кучки боровиков их дожидаются. С богатым урожаем из леса возвращались, счастливые, довольные собой. То грибов, то ягод привозили весь сентябрь, но родители, заметив пропажу мыла, хлеба, заставили признаться в своих подвигах. Поругать поругали, но и помогли – осторожно собирали у родственников, соседей нужные вещи и в следующий раз уже взрослые с ними ездили. Были раз 15 в лесу, гордились собой, узнавали новости из-за линии фронта, но особенно не болтали. Однажды, уже поздней осенью, пришли в лес, мама свистела, свистела, но ответа не было – ушли партизаны. А после войны в деревню зашел один из этих партизан, поблагодарил, сказал, что выжить тогда помогли детишки, посидел, покурил, рассказал о войне, переночевал и ушел к себе домой под Вологду.

«Это первый мой подвиг на войне», – говорила мама, ведь если бы соль, спички или табак нашли на дне их корзин, то я бы и не рассказывала эту историю, за пособничество партизанам – расстрел на месте.

Пленных военнослужащих красноармейцев жители видели только в первый год войны. Ее двоюродный брат жил в соседней деревне и раньше всех узнавал о колонне пленных, бежал со всех ног и сообщал своим сверстникам. Ведут! И что делали эти маленькие герои войны – они заранее выкладывали на обочине дороги все, чем можно было помочь, – яйца, хлеб, завернутый в листья лук, вареную картошку, табак, сало, репу – а сами прятались за бугорочками и наблюдали, свистом сообщая о своих «подарках». Охранники были разные – одни разрешали напиться пленным, вдоль дороги стояли вдовушки с ведрами воды и кружками, другие – отгоняли жителей села и угрожающе стреляли в воздух из автоматов. После прохода такой колонны еды на дороге не оставалось. Самим не сладко жилось, но всегда помогали тем, кому еще хуже.

Война страшна не только взрывами, бомбежками, мародерством, но и постоянным чувством голода. Спасали грибы, ягоды, орехи, травы, щавель, крапива. Вкус щавеля всегда маме войну напоминал – похлебка из щавеля, блины из щавеля – не могла она даже запах его в мирное время переносить.

Радостно было встречать воинов Советской армии, освободивших их деревню в начале 1943 года. Теперь уже солдатики делились хлебом, тушенкой с мирными жителями, но они ушли дальше выполнять свой воинский долг, а голод остался. Вот сумела моя мудрая бабушка сохранить костюм, часы, которые дед привез из Германии с Первой мировой, и пошла моя мама с этими бесценными вещами за десятки километров по родственникам, оставив дома отца и мать, опухших от голода, лежащих на кровати, у которых из еды была только вода, да старшую сестру, которая еще могла двигаться. Села, где еда была, находились за лесом, где были плохие дороги, до которых немцы добирались нечасто. Шла одна, ведь могла и не вернуться, страшно было, просто жутко в лесу – но донесла  до дома муку, семена, картошку, сало, горох, соль и хлеб. Спасла родителей и сестру. Варила похлебку из одной картошки или горсти гороха. Бабушка поднялась первой, ходила на опухших ногах, придумывала супчики с грибами, ягодными киселями, блинчики из картофельной кожуры. Дедушку выхаживали всей семьей, он еще и ослеп от голода. В первый послевоенный год посадили 10 картофелин, репу, горох, фасоль, посеяли горсть ржи – вот так и стали выживать. Вернули часть колхозного стада – в каждом доме появилась корова или овца. Потом привезли семена ячменя, ржи, пшеницы – каждое зернышко было на вес золота. Люди не унывали, работали в колхозе и в своем хозяйстве. Возвращались с войны раненые, отслужившие. О конце войны сообщил все тот же вездесущий Шурка, который бежал по дороге плача и громко крича: «Победа! Победа! Ура! Мы победили!» Все бросали дела и выбегали из домов – радовались, плакали, улыбались, пели и грустили до самого вечера. От долгожданного сообщения сил у людей прибавилось, работали в поле все с утра до вечера, вернулись первые мужчины, серьезные, взрослые и все научившиеся курить на войне. Бабушка так и не дождалась трех своих братьев, один из них погиб в последние дни войны, дедушка потерял брата.

Война не давала возможности учиться, и вот после войны эти повзрослевшие юноши и девушки сели за парты школы. В школу нужно было ходить за 5 км в соседнее село, ученики разного возраста, детство, радость и счастливые школьные годы у которых забрала война. Мальчики, кто жил ближе к школе, приходили рано – топили печи, чтобы в классах было тепло к приходу учителей и учеников. Учителя были строгие, все прошедшие войну. Программу проходили в ускоренном темпе – скорей бы на работу или учиться дальше.

В 1950 году, уже после смерти бабушки, мама приехала в Вильнюс к сестре, вышла замуж и осталась здесь навсегда.

Красивое, мудрое, самоотверженное поколение уходит из жизни, оставляя нам свои рассказы, фотографии, воспоминания, умение радоваться жизни, любить, помогать, сострадать и верить. Огромное им спасибо за это!

В памяти моих внуков мама осталась самой доброй, мудрой, надежной и красивой бабушкой на свете. У нее были самые вкусные пирожки, она знала более 200 частушек на все случаи жизни, она создавала тепло и уют в доме, она умела все – вязать, вышивать, готовить, собирать грибы, косить, помогать советом, она просто умела любить их искренне, отдавая нам все свои силы и душу. Мы будем помнить и любить ее всегда.

Тамара КАЗАКОВА.

Метки:  ,

SELECTORNEWS
Комментарии читателей (0)



В комментариях запрещается размещение рекламных материалов, использование ненормативной лексики, разжигание межнациональной розни. Нарушители выше упомянутых правил могут привлекаться к ответственности!

 Доступные символы

Размер шрифта

A A A

Реклама
Мы в Фейсбуке!