Новости Литвы на русском языке. Онлайн газета "Литовский курьер" - всегда свежие новости. Сегодня: 2016.12.11 Текущий номер: N47 (1135) 24 ноября
Подписка на еженедельник «Литовский курьер» на 2017 год

Кинозвезда Быстрицкая: «Я всю жизнь занимаюсь черт-те чем»

Поделиться в Facebook! Поделиться!   |   Опубликовано: 2012 12 06, 0:05   |   Комментариев: 2

Сегодняшняя гостья читателей «Литовского курьера» – кинодива, народная артистка СССР Элина Авраамовна Быстрицкая.

Любовь зрителей очаровательная Элина  завоевала в 50-60 годы. Дело не только в том, что она была по-женски привлекательна. С первого взгляда никто не ожидал, что эта изящная, тактичная молодая актриса создаст истинный народный характер. Одна из лучших работ Быстрицкой – шолоховская Аксинья из «Тихого Дона» Сергея Герасимова. Актрисе удалось с большим мастерством пережить страстность натуры, силу чувства и обаяние простой донской казачки. Без лукавства можно сказать, что лучшей Аксиньи в мировом кино до сих пор не появилось. Собственно говоря, о театре, его людях и ценностях я и беседую с этой удивительной, обаятельнейшей женщиной.

Элина Авраамовна, ваши поклонники и поклонницы утверждают, будто актрисой вы хотели стать с детства и уже тогда устраивали театральные представления?

– Мы жили в трехэтажном доме на третьем этаже. Там и работал наш с братом домашний театр. Помню, брат был Чапаевым, а я – Петькой. Заканчивалось представление тем, что я выходила и кричала: «Тихо! Чапай думать будет!»

Кстати, спектакли всегда шли при аншлаге, а зрители – как правило, их было трое, родители и бабушка, – никогда не жалели аплодисментов.

– Вы удивитесь, но работая на Камчатке, я слышал очень много хорошего в адрес вашего батюшки. Он был прекрасным медиком, и камчадалы до сих вспоминают его теплыми словами…

Авраам Петрович был удивительным человеком с очень непростой судьбой. В качестве полевого врача участвовал в Гражданской и  Отечественной войнах. Он ушел на фронт в 1942-м, а встретились мы лишь спустя пять лет – в 1947 году.

К папе мы относились с особым уважением. Если, например, в выходной день он отдыхал, мы ходили тихонько, чтобы его не разбудить. А вообще, с ним было непросто. Например, он считал, что я теряю время, стремясь на театральные подмостки. «Актриса – это не профессия!» – кричал отец. «А что же тогда актриса?» – спрашивала я. «Черт знает что!» – всегда отвечал отец, привыкший рассматривать жизнь с точки зрения терапевта.

Сегодня, с высоты прожитых лет могу сказать, что в известном смысле он был прав. Я всю жизнь занималась черт-те чем. Но именно это черт-те что стало ее смыслом.

– То есть вы убеждены, что людей нужно вдохновлять чем-то прекрасным?

– Конечно. Например, моя последняя работа достаточно проста по форме. Для олимпийской сборной России я написала диск русских и советских песен. Он, кстати, пользовался большой популярностью в Лондоне не только среди наших спортсменов. Но я включила в музыкальный проект только произведения, которые, на мой взгляд, лучше других отражают суть России с ее непростой судьбой. То есть форма может быть самой простой. Но содержание всегда должно быть богатым.

Вообще у меня уже где-то около шестидесяти песен. Причем в большинстве это добрые, но, увы, забытые, песни и романсы.

– Не могу не спросить о Вильнюсе. Каким он был в начале пятидесятых годов? Каким запомнился?

– Я приехала в Вильнюс из Киева – большого, богатого и цивилизованного европейского города. А Вильнюс был достаточно провинциальным, даже деревенским.

Например, мама как-то предложила сходить на постоялый двор. Это место, где сегодня расположен Калварийский рынок. Сюда подводами из близлежащих деревень и местечек привозили домашнюю снедь, скотину на убой, птицу. Народ торговался, спорил. Тут же обмывал удачную сделку. Кони, сено, телеги, запахи – такого в советском Киеве мы не видели.

Все это немало меня удивило, поскольку пахло чужой жизнью и малопонятными привычками.

Кстати, о привычках. Здесь в те годы было удивительное отношение к врачам и вообще к интеллигенции. Хотя отец служил в военном госпитале, он, естественно, не мог отказать в помощи соседям или знакомым. Поэтому круг знакомых быстро расширялся.

Хорошо помню, как мужчины на улице приподнимали шляпу и говорили ему: «Добрый день, пан доктор! Как ваше здоровье?». Папа потом удивлялся: «Откуда он меня знает? Мы ведь незнакомы».

Что касается театра, то тогда это был особенный театр. С огромной энергетикой и потенциалом. Первая роль принесла мне успех. Затем ленинградские гастроли, ставшие началом кинокарьеры.

Мне повезло в жизни. Я снималась в кино у гениев. Фридрих Эрмлер, Михаил Ромм, Сергей Герасимов – это и сегодня элита мирового кино. Кроме талантливых режиссеров, меня окружали выдающиеся актеры, у которых тоже была возможность учиться в процессе съемок. Для меня это была великая школа. Я выросла на таких встречах и на таких серьезных работах.

– Говорят, Михаил Ромм был очень жестким режиссером. Как вам, юной красавице, удавалось ладить с ним?

Удавалось. Мне удавалось ладить со всеми. Думаю, что и своим партнерам я не слишком докучала капризами. Для меня работа – это возможность предъявить имя. Если у тебя есть, что предъявить, то можно утверждать – жизнь прожита не зря. Я всегда ставила перед собой задачу и добивалась ее. Меня так научили. Так положено.

В Малом театре вашим партнером был выдающийся Борис Бабочкин…

– Это был уникальный актер. Однажды мы с Бабочкиным встречали Новый год. Он с супругой, Сергей Герасимов с Татьяной Макаровой и я с супругом – вшестером в Доме кино. Я получила огромное удовольствие от того, как и о чем они говорили! Фейерверком ума и остроумия остался тот праздник в памяти. Это был прелестный, удивительный, сказочный вечер.

Партнер в театре так же важен, как талант. Хорошие партнеры – это петелька-крючочек. Когда они рядом, все на сцене складывается само собой: трагедия и возвышенная страсть.

– А каким вы нашли Вильнюс сегодня?

– Я всегда приезжаю сюда с особым настроением. Меня здесь пригрели в далеком 1953 году. Здесь всегда было комфортно: уютно, чисто и спокойно. Я люблю вильнюсские парки, речку, Старый город.

Жаль, что в самых неподходящих местах растут торговые центры.  Жаль, что старое здание Русского драмтеатра трансформировали в бокс из престижных магазинов.

Но русский театр меня несколько разочаровал. У меня нет отношений с режиссером. Не хочу вдаваться в детали, но, поверьте, точно не по моей вине.

Русский театр должен быть русским. Я помню, каким ошеломительным успехом он пользовался. Чудные, образованные актеры, прекрасные режиссеры, отменный репертуар – все это влекло в театр людей.

И, с другой стороны, если человек не идет в театр сегодня, значит, что-то не так не в человеке, а в театре.

Вообще мне кажется, что современный театр не должен брать на вооружение многое из современных технических достижений. Например, бегущая строка с переводом. Наверное, она приемлема на конференции или спортивном мероприятии. Но театр –  это живое искусство. Как актер будет общаться со зрителем при помощи бегущей строки? И как зритель поймет душевные страдания актера, если все внимание сосредоточит на каком-то тексте…

Русский театр – особое искусство. И плохо, когда его пытаются модернизировать. Это не делает чести ни театру, ни режиссеру.

Русскость уходит с привнесением в нашу жизнь того, что вообще не свойственно России и ментальности русских. Но если с театральных подмостков звучит мат – это уже вне рамок культуры. Даже если на улицах матерятся с утра до вечера.

Это отвратительно, как мошенничество, когда люди передергивают карту, а не стремятся добиться результата трудом.

– Я слышал, что на ваши выступления приходит немало молодежи?

– Молодежь, как и очень большая часть людей, тоже устала от новомодных тенденций. Ей хочется красоты. Знаете, ведь хорошая речь – это тоже богатство. В театре она еще сохранилась, хотя и не повсеместно. И еще одна деталь – в театре нет крови. Любовь есть, есть страдания, есть смерть осмысленная и бессмысленная. Но крови нет.

А то, что демонстрирует телевидение, – это трагедия. Это грязь, ликбез для бандитов. Это хавка для пиплов. Безнадега. И подобное называют форматом. А Островский и Чехов, к сожалению, уже не формат.

К сожалению, налицо полное отсутствие самоцензуры, понимания, что хорошо, а что – плохо. Что можно позволить, а чего нельзя. Кстати, это же относится и к представителям прессы.

Соб. инф.

Метки:  , , , , , , , , , , , ,

SELECTORNEWS
Комментарии читателей (2)
  1. (78.63.219.42) ЗЕВС пишет:

    МОЯ БАБУШКА БЫЛА НА ЕЁ СПЕКТАКЛЕ В РУССКОМ ДРАМ ТЕАТРЕ (КОТОРОГО БОЛЬШЕ НЕТ)в 1955 году ПО НАЗВАНИИ “ТАНЯ “

  2. (84.55.56.10) вовочка пишет:

    Элиночка-суперзвезда коммунизма.Я искренне завидую ВАМ ,за Общение с Герасимовым.Я…не вижу ему равных в артистизме и режиссуре.ОН ГЕНИЙ.






В комментариях запрещается размещение рекламных материалов, использование ненормативной лексики, разжигание межнациональной розни. Нарушители выше упомянутых правил могут привлекаться к ответственности!

Please note: Comment moderation is enabled and may delay your comment. There is no need to resubmit your comment.

 Доступные символы

Защитный вопрос *

Реклама
Мы в Фейсбуке!