Новости Литвы на русском языке. Онлайн газета "Литовский курьер" - всегда свежие новости. Сегодня: 2017.11.23 Текущий номер: N46 (1186) 16 ноября
Подписка на еженедельник «Литовский курьер» на 2017 год

Лариса Вербицкая: Любой финиш – это возможность нового старта

Поделиться в Facebook! Поделиться!   |   Опубликовано: 2017 04 06, 0:03   |   Комментариев: 0

По приглашению Международного медиаклуба «Формат – А3» в Литве побывала известная телеведущая, заслуженная артистка России Лариса Вербицкая. Даже несмотря на то, что последний раз в Вильнюсе она была очень давно – еще «в прошлой жизни», смеется Лариса – с Литвой ее связывают очень нежные чувства.

Фото из личного архива Л.Вербицкой

Фото из личного архива Л.Вербицкой

– Я еще раз убедилась в том, что очень люблю дождь, люблю узкие улочки Старого города, где можно просто постоять и поразмышлять, – говорит Л. Вербицкая. – К тому же Литва подарила мне прекрасного партнера по проекту «Ледниковый период» Повиласа Ванагаса, с которым мне довелось пройти «все круги ада».

Вообще, участие в этом проекте стало для меня жестким экспериментом, потому что мне пришлось впервые встать на коньки, открывать для себя заново какие-то прописные истины, которые знают даже дети, только начинающие кататься. Оказывается, центр тяжести может быть совсем в другом месте и законы физики в фигурном катании совершенно не работают, да и падать с высоты моего роста и возраста больно и неприятно. За время проекта было все – слезы, падения, травмы, но я не имела права быть жалкой. Тем приятнее для меня были все мои достижения на льду.

К тому же Повилас оказался великолепным партнером. Он очень трогательно относился ко мне, берег меня, почти как «хрустальную вазу». Я тоже старалась его оберегать: мне было жаль, что в течение тренировок ему приходилось много раз меня поднимать, делать какие-то поддержки – физически это ведь очень непросто. Поэтому я села на жесточайшую диету, которая привела к тому, что у меня уже не было сил кататься. И только когда Повилас заметил, что со мной что-то происходит, что я не могу кататься, пришлось во всем признаться. Он рассмеялся своей красивой открытой улыбкой и просто успокоил меня: «Лариса, – сказал он, – моя партнерша на 10 кг тяжелее тебя, поэтому можешь совершенно не волноваться».

– Кроме «Ледникового периода» у вас ведь был еще один «жесткий эксперимент», а именно участие в телепроекте «Последний герой». Вы вообще знали, в какую авантюру ввязываетесь?

– Я даже предположить не могла, что это будет так, как было. Более того, то, что видели телезрители – был всего лишь красивый фильм, за каждой часовой серией которого стояли три дня жизни в джунглях. Здесь было все – и человеческие взаимоотношения, и слезы, и голод, и радиация (которая в два раза выше, чем в средней полосе России), и сезон дождей, и нещадное солнце, и нестерпимая жара. Участие в проекте было сильнейшим стрессом для всех его участников.

Правда, нам повезло, что мы играли свою игру. Ведь американский формат «Последнего героя» построен на том, чтобы уничтожить своего соперника любыми возможными и невозможными способами – морально, физически. Мы же, наоборот, все время испытывали чувство плеча, локтя, а те полкилограмма риса, которые были на сутки на восьмерых, сделали нас еще ближе и роднее.

– Вы рис едите с той поры?

– Я его наелась на всю жизнь (смеется). Вернувшись с острова, я дома всех угощала рисом. Мне казалось, что нет ничего вкуснее и лучше в этой жизни, чем рис. Правда, этот запал очень быстро закончился, зато случилось другое: я перестала есть мясо. Десять лет у меня совершенно не было потребности есть мясо и хлеб.

– В вас самой что-то поменялось за время проекта?

– В тропических условиях мне пришлось прожить 37 дней – то есть в условиях абсолютного слияния с ритмами природы, когда нет ни часов, ни телефонов, когда одежду стираешь песком в океане. В общем, не было всего того, что мы считаем таким привычным и необходимым в жизни. Там все иначе. И естественно, происходит некая трансформация в твоем сознании, происходит «чистка платы», когда уходит ненужная информация и все, что тебе не нужно из той жизни, стирается.

Конечно, такой эксперимент рассчитан на людей взрослых, умеющих держать удар. Ведь у совсем юных может случиться психическое расстройство на фоне стольких «нет», которые возникают в их жизни. Удивительное явление, которое я обнаружила уже по возвращении, что только на 18-й день пребывания на острове ко мне пришло осознание того, что у меня где-то еще есть «другая жизнь». И лежа под москитной сеткой в спальном мешке, я вдруг вспомнила, что недавно делала дома ремонт.

«А какого цвета у тебя стены?» – спросила я.

Но также отчетливо поняла, что мне совершенно не интересен ответ.

– Вы пришли работать на телевидение еще в той, «прошлой жизни». У кого вы учились азам профессии, были ли у вас «объекты для подражания»?

– Так случилось, что я никогда не хотела быть конкретно на кого-то похожа, кому-то подражать. Поэтому у меня никогда не было кумиров – это не в моих правилах. Тем более, мне всегда было чуждо ощущение стадности. Конечно, я с большим уважением относилась к профессионализму своих коллег. Да и на телевидение я попала совершенно случайно. Вообще, мечтать о профессии диктора в то время было совершенно дерзко, но тем не менее я пришла на конкурс дикторов по совету своего однокурсника, который подрабатывал на телевидении в Кишиневе. Наверное, я как-то отличалась от огромного числа изысканно одетых красивых барышень, что отдали предпочтение именно мне.

Так началась моя жизнь на телевидении, которая была совсем непростой. Мне приходилось брать уроки по постановке голоса, быть универсальной во многих жанрах – информационном, музыкальном, детском, спортивном, развлекательном. А когда в информационном выпуске мне доверили сообщить о смерти Брежнева, это стало самым большим признанием. Это означало, что ты соответствуешь профессии.

Фото из личного архива Л.Вербицкой

Фото из личного архива Л.Вербицкой

– В Москве трудно было начинать все заново?

– У меня все прекрасно складывалось в профессии, я была востребована, поэтому бросать все в Кишиневе и что-то опять пробовать в Москве мне не очень хотелось. Признаться, для меня стало приятной неожиданностью, когда Игорь Леонидович Кириллов, который в то время руководил дикторским отделом Центрального телевидения, сообщил, что берет меня на работу.

Я была хоть и молодой, но уже достаточно опытной, поэтому как-то сразу стала востребована многими редакциями и очень быстро мне доверили ведение многих программ, в том числе вечерние эфиры на Центральном телевидении. Я человек неконфликтный, далекий от интриг, а моей главной заботой была семья, маленький сын, коммунальная квартира, с которой начиналась моя новая жизнь в Москве – в совершенно незнакомом очень большом городе, пока еще не ставшим родным. Работа и семья поглощали меня целиком.

– Семья не мешала развитию карьеры?

– Считаю, что только помогала. Я не очень приветствую то, что сегодня называют гражданским браком или сожительством. Это, на мой взгляд, увиливание от ответственности. Конечно, семейная жизнь – это некая череда компромиссов, уступок, и в то же время возможность развиваться вместе. Да и вместе ты в два раза сильнее: если вдруг что-то не так, всегда муж подставит плечо. Нам всегда интересно друг с другом, мы друг друга дополняем. В семье опасно тогда, когда один из супругов вырывается вперед, а другой не успевает.

– Что для вас значит работа на телевидении, может ли публичность быть обременительной?

– Мне не нравится слово «звезда», которое любят тиражировать, тот налет звездности, который возникает у людей, однажды появившихся на экране телевизора. Они просто не соизмеряют реальность с тем, что происходит. Для меня телевидение – это профессия, как и любая другая. Это отнюдь не легкий кусок хлеба. Сейчас почему-то многие хотят работать на телевидении, наверное, не отдавая отчет тому, что это очень жесткая профессия, которая требует как самоотдачи, так и определенных жертв. Когда нет ни праздников, ни выходных, никакого разумного режима, потому что ты можешь находиться в процессе съемок по 12-15 часов и несколько дней подряд. Если раньше существовали понятия нормативов – 3 часа 15 минут работы в студии – это позволительный предел, после которого начинаются уже необратимые физиологические процессы. Сейчас никто не смотрит на нормативы, идет большая коммерциализация телевидения.

Работа на телевидении требует большой концентрации, ответственности и, конечно, гражданской совести, потому что люди, которые появляются на экране, несомненно формируют культуру, язык, умение общаться и даже моду.

Проработав почти 27 лет в одной программе «Доброе утро», я побила все мыслимые и немыслимые рекорды. Однако все имеет свое логическое продолжение, завершение и развитие. И потом любой финиш – это всегда возможность нового развития, старта, пробы себя в новых качествах. Я по-прежнему сохраняю контракт с Первым каналом, участвую во всех его проектах, акциях – в качестве эксперта и героя – я не изменяю своему каналу. Считаю, что он – лучший канал, ведь самые знаковые проекты, которые были в истории российского телевидения, появлялись именно на Первом.

Сейчас у меня есть интересные возможности реализовывать себя в других качествах. Я пишу для журнала как эксперт в области косметологии и дизайна. Мне нравится, что в моей жизни появилась имиджелогия – я являюсь вице-президентом Лиги профессиональных имиджмейкеров. Это совершенно новая, очень интересная профессия, которую часто путают с профессией стилиста.  Однако стилист – это тот, кто вас приоденет к нужному моменту и ко времени, а имиджмейкер – тот, кто ваяет личность в ее восприятии, позиционировании в обществе. Очень важно нравиться и в семье, ведь семейные отношения – это целый мир, и неумение их правильно выстраивать зачастую приводит к разводам. Мы иногда ужасаемся имиджу некоторых политиков, публичных людей, думая, кто их так одевает и учит говорить, да и подчас идеальный человек тоже вызывает вопросы. Поэтому имиджелогия – это целая наука в создании неповторимого образа, который человек видит в себе сам, и то, что говорят о нем другие люди.

– В какой стране вы себя чувствуете комфортнее всего?

– Я очень люблю путешествовать, мне нравится перемещаться. Да и моя профессия дарит мне встречи с уникальными людьми совершенно разных профессий, из разных стран – это другая психология, другая культура, которая, конечно же, обогащает, помогает работать воображению, подключать знания истории. Но где бы я ни была, я очень люблю возвращаться домой, где меня любят и ждут, где мне позволительно быть такой, какая я есть.

Надежда ГРИХАЧЕВА

Метки:  , , , ,

SELECTORNEWS
Комментарии читателей (0)



В комментариях запрещается размещение рекламных материалов, использование ненормативной лексики, разжигание межнациональной розни. Нарушители выше упомянутых правил могут привлекаться к ответственности!

 Доступные символы

Размер шрифта

A A A

Реклама
Мы в Фейсбуке!