Не GIPLое дело (II)

(Окончание. Нач.: Не GIPLое дело (I))

Литва — на финальной стадии ухода от российских систем. Подписан договор о строительстве газопровода с Польшей GIPL, в этом году заработает электросоединение со Швецией NordBalt, идет строительство «смычки» с Польшей, после чего все три страны Балтии смогут выйти из российского энергетического кольца БРЭЛЛ. Параллельно с этим реализуется проект узкоколейной европейской железнодорожной трассы Rail Balticа.

Фото BFL/Кястутиса Ванагаса

Перспективный предохранитель?

Глава Минэнерго Литвы Рокас Масюлис во вторник, 27 октября, признал, что терминал сжиженного газа (СПГ) в Клайпеде сегодня используется только на 20%. Однако, по его словам, именно с помощью созданной инфраструктуры Литва через несколько лет может превратиться в «серьезный энергетический центр».

«Появление терминала дало Литве в первую очередь энергетическую независимость. Во вторую очередь — это создало конкуренцию, что снизило цену на газ, и она для нас стала одной из лучших в Европе. Также терминал дал нам специфические знания, с помощью которых, развивая технологии СПГ, мы можем сделать Литву серьезным энергетическим центром, развивать новые направления бизнеса, создавать рабочие места, платить налоги и развить совершенно новую промышленную отрасль», — сказал министр радиостанции LRT.

По его словам, к 2017 году в Клайпеде должна быть построена станция по распределению газа, из которой сжиженный газ на грузовиках и в контейнерах будет развозиться «по всему региону». Однако остается неясным, у кого Литва будет закупать газ. В публичном пространстве называются самые разные страны. Но реальным остается пока лишь единственный поставщик – Statoil. Его цена не конкурентоспособна нынешней. «Газпром» Литве продает газ по трубам дешевле, а СПГ-терминал Independence остается «страховым полисом» на случай, если Россия решит поднять цену на газ. Своеобразный предохранитель, говорят политики.

Сегодня политики обсуждают поставки газа в Европу из США. Такого еще никогда не было. В США развита добыча сланцевого газа, против которого в Литве не так давно проходили массовые протесты, вынудившие американский Chevron покинуть нашу страну. Однако в США газ намного дешевле, так как его использовали только для внутреннего рынка, говорит депутат Европарламента Антанас Гуога. «Все зависит от цены. Если у нас газ будет дешевле, чем в другом месте, то будем продавать. Газ – это хороший бизнес. Мы вообще не должны спонсировать газопроводы, это коммерческие проекты. Исключение – политическая ситуация, как в отношении стран Балтии. Коммерчески GIPL не обязательно окупится, проект нужен для того, чтобы страны Балтии были спасены от давления, оказываемого из-за цен на нефть», — говорил на встрече с литовскими журналистами в Брюсселе А. Гуога, подчеркивая, что Литва должна обязательно стать первой страной, в которую будет доставлена первая в истории партия американского газа. Якобы переговоры об этом в настоящий момент уже идут, а перспективы успеха – вполне реальные. Политик заверил, что даже после цены за транспортировку и прочие расходы американский газ все равно будет дешевле как российского, так и норвежского Statoil.

Разделились на противников и сторонников

Но даже несмотря на то, что скидка «Газпрома» для Литвы пришлась именно на момент появления терминала в Клайпеде, он только из-за этого якобы себя уже окупил, а в дальнейшем является гарантом низких цен, критики терминала указывают на его мощность. Он действительно строился как региональный. Литве таких мощностей не надо, что и доказывает сегодняшняя эксплуатация терминала только на 20%.

«На самом деле, сложная ситуация. Смотреть назад – пустое дело. Взяли и построили в два раза больше, чем нужно. Из терминала, который является гарантом нашей безопасности, мы должны сделать предприятие, которое само себя будет содержать. Оно должно стать своеобразным оптовиком. В терминал СПГ должно поступать большое количества газа, он должен продаваться. Это самый оптимальный вариант. Если смотреть вперед, никакого другого варианта не останется. Кто будет больше платить за дипломатически не просчитанный шаг? Будем платить мы все. Идет вопрос, в какой форме, какими путями», – говорит депутат Европарламента от Литвы Валентинас Мазуронис.

По его словам, министр энергетики не может поступать иначе, как только защищать проект, так как он его и строил.

«Он ведь построил то, что мы сегодня видим. Что нужно делать дальше? Почему проект именно такой? Не знаю, на каком этапе было принято решение по поводу покупки именно такого корабля и именно на таких условиях. Если бы он был сегодня в два раза меньше, мы бы не говорили про это, не было бы никаких проблем. И мы бы платили в 2-3 раза меньше», – рассуждал политик.

Ошибка со сланцевым газом

По мнению Валентинаса Мазурониса, сегодня в Литве во многих областях не хватает политического лидерства. И это касается не только этого правительства и нынешней коалиции – немногим от них отличалась и предыдущая власть. И самый яркий пример того – изгнание из Литвы компании Chevron.

«Была совершена огромная ошибка на идейном, идеологическом и даже экономическом уровне. Не могу не напомнить, какую ерунду мы совершили. Когда на другие похожие площади объявлялся конкурс разведывать и добывать, за эту лицензию, разрешение предприятия в бюджет платят деньги. Раньше в литах было три миллиона. Когда мне назвали сумму, сколько написал Chevron, я попросил позвонить и спросить, в том ли месте они поставили запятую. Они хотели внести залог не в три, а в 160 млн литов», – рассказывал журналистам в Брюсселе В. Мазуронис.

В неудавшихся отношениях с Chevron он винит высших руководителей страны: «Из-за отсутствия нашей политической воли, руководителей высшего уровня. Не нужно вешать все макароны на Саламакинаса. Решение не принял премьер Альгирдас Буткявичюс. Если я ему говорил на правительственном совещании, что делаем, он говорил – да, делаем. Вечером включаю телевизор, а там на митинге против Chevron поднимается премьер на трибуну и говорит, что «я с вами», – сказал Мазуронис.

По его словам, Литва отправляет миру сигнал, что она определилась.

«Сейчас энтузиазма намного меньше. Это топтание на месте тоже способствует тому, что никто не хочет приходить. Я бы делал это, пытался бы привлечь, разговаривать. Если будет оставаться такая ситуация, никто и не будет участвовать», – заключил политик.

Кто первый в Rail Balticа?

Но не только эти темы сегодня на повестке дня выхода Литвы из различных систем России. Крупнейший в истории стран Балтии проект железнодорожного коридора Rail Balticа может кардинальным образом изменить экономическое положение стран всего региона, считают брюссельские чиновники. Он создает не только платформу для развития инфраструктуры, в разы сокращает время передвижения пассажиров и грузов, но и способен повлиять на всю геоэкономическую обстановку.

Проект Rail Balticа на бумаге сегодня выглядит больше как политический, чем экономический. Длина колеи составит 728 км, потребность в капитале – 3,5 млрд евро. К 2030 году по европейской колее, которая более узкая, чем российская, а у нас вся железнодорожная инфраструктура именно в таком формате, собираются перевозить 13 млн тонн груза ежегодно. Запланированный пассажиропоток составит 5 млн человек. Откуда столько людей? Во всей Балтии живет немногим больше, говорят скептики. В Брюсселе – не скрывают: проект Rail Balticа из той же серии, что и соединение энергосистемы Литвы, Латвии и Эстонии с Европой и уход от России. Эти же цели – в строительстве газопровода с Польшей, договор о финансировании которого подписан в этом месяце. Ровно такой же подход – в вопросе сети железных дорог. Сейчас наша страна – часть организма системы бывшего СССР. Это в Брюсселе намерены менять.

«Я вижу три страны Балтии как сильную Балтийскую платформу. Это Восточный коридор. Он очень важен для соединения людей и движения товаров. Я оптимистка. Сначала я боялась, так как это был проект, когда много людей еще 10 лет назад о нем говорили, но конкретных шагов не было. Проблема была, как начать. Нам нужно соединение между Польшей и Литвой», – говорит координатор проекта Кэтрин Траутман.

По ее словам, единственный риск, который существует, – исключительно политический.

Поэтому каждые выборы – неважно в какой стране, где реализуется проект, они проходят – могут повлиять. На этих выходных как раз прошли выборы в Польше, так что как у наших соседей будет реализовываться проект – еще большой вопрос. Без Польши он, разумеется, будет мертворожденным.

Что касается фантастического на первый взгляд пассажиропотока, то он обусловлен простой цифрой: из Эстонии до границы Польши на скоростном поезде в итоге можно будет добраться за четыре с лишним часа. Еще более амбициозную цель ставит европарламентарий от нашей страны, социал-демократ Зигмантас Бальчитис. По его словам, уже открытую две недели назад ветку до Каунаса за свои деньги нужно вести в порт Клайпеды. Это обеспечит беспрерывный грузопоток, а порт неизбежно станет глубоководным. Кроме того, со стороны Эстонии можно довести ветку до границы Северо-Запада России, что в буквальном смысле похитит часть грузов из портов России.

«В Литве никто не говорит об этом и выпячивают глаза, когда говоришь, что еще в 2013 году было принято решение и выделено финансирование для прокладки европейской колеи до Клайпедского порта.  Я не знаю, почему об этом не говорят в Литве, хотя понимаю, что такого игрока в виде порта никто получить в конкуренты не хочет. Но нам нужно фактически только такое соединение. После этого мы сразу получили бы предложение о строительстве глубоководного порта. Что потом будут делать латвийцы или эстонцы – это их дело, пусть опаздывают, или не опаздывают», – сказал З. Бальчитис.

Парламентарий уверен, кто первый из стран региона воспользуется возможностями новой инфраструктуры, тот и останется в победителях. Согласно плану, после начала работы коридора на полную мощность, при скорости в 240 км в час, пассажиры смогут попасть в любую точку Евросоюза в кратчайшие сроки – Rail Balticа будет пересекаться с аналогичными европейскими трассами как в западном, так и в южном и северном направлениях.

Денис ТАРАСЕНКО, специально для «ЛК», Брюссел

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.