Афанасий Брестский

[responsivevoice_button voice = «Russian Female» buttontext = «Воспроизвести»]

Когда-то ваш покорный слуга пытался проследить, кто из православных святых был так или иначе связан с Литвой. Зародилась в его голове благородная маниловская мысль приложить руку к созданию Собора литовских святых.

Уж как-то обидно было автору, что все наши подвижники разбросаны по чужбинам: псковские, московские, белорусские и т. д.  Но трудился автор лениво и медлительно, по-маниловски. И, как следствие, ничего не достиг. Но идеи, как говорится, витают в воздухе. И люди более энергичные и целеустремленные этим занялись. На епархиальном уровне была создана комиссия как раз с той же самой целью. И занялся этим, в частности, клайпедский историк, доктор философских наук А. В. Фомин. Результатом его титанических и скрупулезных изысканий стало несколько книг о святых Литвы и истории православия в нашей стране.

Если дорогой читатель не знаком с научным творчеством Андрея Вадимовича на эту тему, настоятельно рекомендую этим заняться. Книги его, думаю, можно найти в церковных лавках или в монастырской библиотеке. А для того, чтобы как-то заинтересовать вас, расскажу о замечательном подвижнике, связанном с Литвой, о преподобномученике Афанасии Брестском. Тем более 18 сентября – 370 лет со дня его кончины.

Для пущей ясности краткий исторический экскурс. Для более подробного ознакомления с этим вопросом рекомендую труды вышеупомянутого А. В. Фомина.

В 1569 году между Польшей и Великим княжеством Литовским была заключена политическая Люблинская уния. Союзное государство стало называться Речь Посполитая. Большая часть тогдашней Литвы исповедовала православие. Католики Польши, которые чувствовали себя главными в этом дуэте и не питали нежных чувств к собратьям во Христе, стали закручивать гайки. Все закончилось (а вернее, началось) с заключением еще одной унии, на этот раз церковной, в 1595 году в Бресте, по решениям которой православные должны принять главенство Папы Римского и католические догматы, сохранив «оболочку» — восточный обряд. С православной стороны ее подписали и активно поддерживали митрополит Михаил Рогоза и большинство иерархов. Противников унии на собор не допустили.

Но нет худа без добра. Борьба православных за свои права и веру активизировала образование, книгопечатание, явила миру великих защитников идеи – князя Константина Острожского, первого настоятеля Свято-Духова монастыря Леонтия Карповича и Афанасия Брестского.

Как звали Афанасия до пострижения, неизвестно. Известно лишь, что он Филиппович. Но что это – фамилия или отчество? Тоже тайна. Родился он вероятно в Бресте, иначе, по тогдашним законам, он не смог бы стать там настоятелем монастыря. Социальное происхождение тоже не ясно. Либо из мелкопоместного дворянства, либо из ремесленников. Получил прекрасное образование в братской школе Вильны. Владел латынью, польским, церковнославянским и родным западнорусским (или старобелорусским, кому как нравится) языками. Постриг (1627 г.) и сан (1632 г.) принял в нашем Свято-Духовом монастыре. А посему мы можем смело считать его своим. Хотя Афанасий и является основоположником белорусской автобиографической литературы, но года рождения мы его не знаем. Где-то конец XVI века, может, роковой 1595-й.

Став иеромонахом (монахом-священником), Афанасий подвизался в монастыре под Пинском. Но через четыре года в 1636 году обитель отобрали иезуиты. Это произвело на нашего героя сильное впечатление. У него даже было видение се­ми адских ог­ней, в од­ном из ко­то­рых за пре­сле­до­ва­ние пра­во­сла­вия му­чи­лись пап­ский нун­ций, ко­роль Си­гиз­мунд III и гет­ман Са­пе­га. Потом он поселился в Купятицком монастыре, там же, на Пинщине. Здесь он на­пи­сал «жа­лоб­ный лист» к Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­це, где рассказал о при­тес­не­ни­ях и мо­лил Пре­чи­стую Де­ву о за­ступ­ни­че­стве. Письмо он положил перед чудотворной Купятицкой иконой. Надо заметить, что Афанасий на протяжении всей своей жизни активно поддерживал связь с Богородицей через чудотворный образ. В этом нет ничего удивительного: икона – это средство связи с тем, кто на ней изображен.

На следующий год Афанасий отправляется собирать средства для восстановления монастырского храма. Без паспорта (!) ему удается добраться до Москвы. Путешествие его полно испытаний, приключений и чудес. Он даже доходит до царя Михаила  Феодоровича, предоставляет ему отчет о путешествии и дарит список Купятицкой иконы. 16 июля 1638 года он возвращается домой с богатой милостыней.

А через два года Афа­на­сий стал игу­ме­ном брест­ско­го мо­на­сты­ря во имя Си­мео­на Столп­ни­ка и на­чал ак­тив­ную де­я­тель­ность по вос­ста­нов­ле­нию прав брест­ско­го пра­во­слав­но­го брат­ства и воз­вра­ще­нию за­хва­чен­ных уни­а­та­ми хра­мов. Дважды он ездит в Варшаву на сейм, где выступает с защиту православия. Во второй раз, в 1643 году, услышав голос от Купятицкой иконы, он раздает присутствующим на сейме списки иконы, снаб­див их тек­стом, со­дер­жащим тре­бо­ва­ние ис­ко­ре­нить унию. Такое поведение не понравилось присутствовавшим православным иерархам, и они посадили его под стражу. Свя­той, юрод­ствуя, вы­рвал­ся из тюрь­мы на ули­цу по­чти на­гим, из­би­вал се­бя по­со­хом и вы­кри­ки­вал про­кля­тия унии. Пра­во­слав­ные епи­ско­пы су­ди­ли его и ли­ши­ли са­на. Но митрополит Петр Могила восстанавливает Афанасия в сане, и тот возвращается в Брест. Потом еще один арест, «ссылка»  в Киево-Печерский монастырь и очередное возвращение домой.

В последний раз Афанасия заключили в темницу за связь с казаками Богдана Хмельницкого, которые в 1648 году подняли антиуниатское восстание. В ходе следствия об­ви­не­ние не под­твер­ди­лось, но за кри­ти­ку унии свя­той 5 (18 по новому стилю) сен­тяб­ря 1648 года по­сле от­ка­за от­речь­ся от пра­во­слав­ной ве­ры был под­верг­нут же­сто­кой каз­ни. Через восемь месяцев монахи нашли нетленные мощи святого, при которых впоследствии происходило немало чудес.

Всю свою жизнь Афанасий писал путевые заметки, полемические статьи, воспоминания, стихи. Один церковный гимн был даже снабжен им нотами в пятилинейной нотации. Все его литературное наследие было объединено в книгу под названием «Диариуш, альбо список деев правдивых». Афанасий Брестский был не только одним из основоположников белорусской литературы, но и стоял у истоков профессиональной национальной музыки. Великий человек велик во всем.

Петр ФОКИН, псаломщик Знаменской церкви

Оставьте свой комментарий

avatar
600