Литве придется принять не менее тысячи беженцев из Северной Африки. Власти пытаются сохранить лицо, утверждая, что чуть ли не так и планировали, а в брюссельских кулуарах до последнего убеждают еврочиновников, что введение обязательных квот несправедливо. ЕС разделился на два лагеря – посткоммунистические страны протестуют, «старожилы» поддерживают, но закрывают границы. Пока возвращая лишь паспортный контроль.
Литва радушная
За последние полгода литовские власти кардинально сменили риторику в вопросе приема беженцев из Северной Африки. Если еще весной и президент, и премьер жестко высказывались против равномерного распределения мигрантов, то к осени стали вести себя аккуратнее: высказывания стали гораздо мягче, позиция при этом изменилась не сильно. Вот и на прошлой неделе Даля Грибаускайте демонстрировала радушие. Вместе с архиепископом Вильнюсским Гинтарасом Грушасом она посетила приходской дом при костеле Петра и Павла, где встретилась с проживающими там семьями беженцев из Ирака.
Два месяца назад в Литву из Ирака были перемещены три христианские семьи, подвергавшиеся религиозным преследованиям — всего 15 человек. Президент всячески радовалась мигрантам, хвалила их и говорила, что стране необходимо учиться у церкви и неправительственных организаций, поскольку они уже вовсю добровольно принимают переселенцев. «У нас есть прекрасные примеры того, как наши люди спасали людей разных национальностей, которые бежали от войны, террора и преследований. Литва хорошо понимает тех, кто вынужден покинуть свою родину, своих близких и свой дом. Мы можем им помочь создать здесь безопасную и свободную жизнь — то, чего им больше всего не хватает», — говорила президент.
До этого глава страны объявила, что предложение Еврокомиссии принять Литве 1105 беженцев — приемлемо. «Количество, которое рекомендуется на два года, приемлемо, так как оно близко к формуле, которую мы предлагали. ЕК учла спор, который изредка становился довольно жарким», — сказала Д. Грибаускайте, добавив, что «мы получили то, к чему стремились, чтобы формула была объективной и недискриминирующей. Президент высказалась против отдельных территорий, где были бы размещены беженцы: «Нельзя создавать гетто. Беженцы должны хорошо интегрироваться в регионы, мы должны помочь им выучить язык, получить работу. Нужно встретить их доброжелательно, так как это люди, которым нужна помощь».
И даже вспомнила, что, например, страдающая от беженцев Италия защищает воздушное пространство Литвы, а во время экономического кризиса помощь ЕС Литве составила 25% годового бюджета страны, поэтому и Литва должна быть солидарной.
Не отстает и глава правительства Альгирдас Буткявичюс, утверждавший, что Литва понимает весь масштаб проблемы, «свалившейся» на ЕС, поэтому должна быть солидарной с другими государствами.
«Вызов нелегальной миграции мы оцениваем очень серьезно, мы понимаем масштаб проблемы, поэтому должны оставаться солидарными и решать эту проблему вместе с другими государствами ЕС», — утверждал премьер.
А на минувших выходных в столице состоялась акция в поддержку беженцев. Десятки жителей Вильнюса собрались на площади перед зданием правительства с плакатами «Беженцы, добро пожаловать» и т. д. Минутой молчания почтили память погибших при переправе через Средиземное море. И даже собирали анкеты в поддержку беженцев. Правда, в тот день на площади не нашлось желающих дать им кров над головой.
Литва безжалостная
Но есть и другая сторона, и другая риторика, совсем не такая радушная. Так, по словам советника президента Дали Грибаускайте по вопросам внешней политики Реналдаса Вайсбродаса, Литва готова принимать беженцев исключительно на добровольной основе.
«Установка Литвы довольно ясна. Литва не одобряет постоянный механизм. Не одобряет в связи с тем, что он не влияет на последствия, вызванные кризисом беженцев. Постоянный механизм, возможно, является лишь способом справиться с ситуацией. Но мы считаем, что полностью еще не использован принцип солидарности, добровольного и самостоятельного решения принять участие в решении этой проблемы. И поэтому Литва придерживается последовательной позиции: мы сами можем определиться и внести вклад в решение этой проблемы», — сказал Вайсбродас радиостанции Žinių radijas. Квоты, по его словам, не самый эффективный способ решения проблемы.
«А что касается солидарности и распределения беженцев внутри ЕС, то должен действовать принцип добровольности и самостоятельности, когда страна сама может решать, какой вклад она может внести», — добавил советник президента, правда, не уточнил, как поведут себя чиновники, если ЕС установит принцип добровольности. Ведь им можно и воспользоваться, полностью отказавшись принимать переселенцев.
С системой квот не согласен и председатель Комитета по европейским делам Гядиминас Киркилас.
«Мы не можем согласиться, так как возможности Литвы и некоторых других стран ограничены. Мы не можем согласиться, если не сможем выполнить свои обязательства. Мы согласились с тем, что мы можем сделать сегодня. Другой вопрос, что к этому нужно готовиться. По поводу так называемой квоты наверняка будет большая дискуссия. Кроме того, как и некоторые другие страны, мы считаем, что нужно применять больше предупредительных мер. Должно быть четкое разделение, кого нужно принимать. Принимать мы должны не экономических беженцев, а тех людей, которые на самом деле бегут от войны», — сказал политик.
Еще категоричнее высказался политический обозреватель Кястутис Гирнюс.
«Они (переговорщики от разных стран ЕС. – Прим. ред.) не должны поддаваться диктату Меркель. Я не хочу определять какие-то границы цифр, но мы легко могли бы принять и 3 тысячи человек. Эти 3 тысячи беженцев точно не испортили бы жизнь трем миллионам. С другой стороны, необходимо восстановить границы Европы. Сейчас прибывшие и все прибывающие беженцы просто пользуются случаем. Ни в Афганистане, ни в Сирии или Ираке не обострились военные действия, и люди бегут не с поля боя. Они бегут из лагерей беженцев в Турции или Ливане, так как считают, что сейчас самые благоприятные условия -а так оно и есть — чтобы добраться не только до Европы, но и до конечной точки — Германии. Именно Германия сыграла решающую роль при решении того, что этих границ быть не должно. Значит, она и должна принять наибольшую ответственность за беженцев», — уверен он.
«Как говорил лидер социал-демократов Германии (вице-канцлер Германии Зигмар Габриэль), Германия может за несколько лет принять еще полмиллиона беженцев. Это их, немцев, дело, они могут это делать. Но они не могут принять, допустим, два миллиона беженцев и надеяться, что другие страны ЕС автоматически согласятся принять определенный процент этих беженцев, не продумав другие варианты. Может, было бы целесообразнее финансово помочь лагерям беженцев в Турции или Ливане, откуда им в случае изменения ситуации было бы легче и ближе вернуться на родину», — заключил политолог.
Тем временем в Интернете начали собирать подписи под электронной петицией. Всего за одну неделю эту петицию подписали 8000 граждан Литвы, параллельно начали собирать подписи на бумажных листах, и за первые 4 дня было собрано более 2500 подписей.
Очевидно, считают организаторы сбора подписей, что в настоящее время Литва не способна принять даже несколько сотен мигрантов, а разворачивающиеся сейчас события заставляют думать, что Брюссель вынудит Литву принять намного больше экономических мигрантов и беженцев. В это воскресенье, 20 сентября, перед представительством ЕК в Литве пройдет пикет противников беженцев. В мероприятии примут участие до 100 человек.
Литва лукавая
И, упомянув об уже одобренном числе беженцев в 1105 человек, трудно обойти стороной то, как в этом вопросе менялось мнение руководства страны.
27 мая, как только стало известно, что придется принять порядка 700 беженцев, премьер Альгирдас Буткявичюс отрезал: «Сегодня мы действительно не готовы принять такое число. Мы эту тему обсуждали и сейчас готовим проект решения правительства, в котором предлагается согласиться принять от 30 до 40 беженцев».
Чуть позже правительство утвердило решение, что Литва за два года сможет добровольно принять уже до 250-ти просителей убежища. «Мы на самом деле попадаем в ситуацию, когда нет ни большого опыта, ни инфраструктуры для принятия иммигрантов, особенно из таких южных регионов. Это вызов для нас, но пока это нам под силу. Думаю, что начать с 250-ти будет важно для Литвы, чтобы она научилась, подготовилась и сумела предоставить этим людям достойные условия согласно всем международным обязательствам», — говорила в те дни президент.
«Она (цифра в 250 человек. – Прим. ред.) выбрана не просто так, а с учетом наших возможностей: с учетом возможностей принять, возможностей центра беженцев — это все оценено, чтобы адекватно, насколько это возможно, взять на себя определенную часть бремени. Это наш добровольный вклад», —вторил президенту в конце весны ее советник Реналдас Вайсбродас.
В итоге согласились на 325 беженцев, а сейчас – на 1105. Впрочем, по данным газеты Financial Times, ЕС поделит 160 тыс. беженцев, а Литве придется принять 1,16% от этого числа, что составляет 2146 человек. С другой стороны, по словам депутата Европарламента от Латвии Андрея Мамыкина, нашим соседям, которые меньше, придется расселять и интегрировать порядка 5 тыс. африканцев. А значит, и наша цифра далеко не конечная. Прошедшая в этот понедельник, 14 сентября, встреча в Брюсселе не расставила все точки над «и». Следующее заседание – 8 октября.
Михаил КИСЕЛЕВ
Тем временем #1
Рассматривается возможность учредить в разных самоуправлениях страны подразделения действующего сейчас в Рукле центра беженцев. «В Рукле всех сразу мы принять не можем, поэтому и обратились к самоуправлениям — в самоуправлениях есть пустующие здания, и этот вопрос точно можно решить», — говорит министр социальной защиты и труда Альгиманта Пабядинскене. Она призвала граждан и представителей бизнеса уже сейчас обращаться в самоуправления с предложениями поселить беженцев после первичной интеграции.
Тем временем #2
Литве придется не только интегрировать беженцев, обучая их языку и организовывая в детских садах арабские группы, но и заставить их жить по традициям нашей страны. Председатель парламентского комитета по национальной безопасности и обороне Артурас Паулаускас говорит, что перед тем, как принимать беженцев, Литва должна подготовить предохранители и дополнить правовую базу новыми нормами, которые регламентировали бы пребывание беженцев в публичных местах. «Ни для кого не секрет, что беженцы, которых Литва собирается принять, могут быть различных верований и убеждений. Мы должны перенять опыт Франции, Эстонии и других европейских государств и предотвратить возможные недопонимания — регламентировать ношение традиционной одежды — паранджи — в общественных местах», — сказал Паулаускас. Напомним, что такой запрет в той же Франции в свое время обернулся колоссальным скандалом и даже беспорядками. О запрете носить одежду, закрывающую лицо, уже дискутирует и Эстония, и соседняя Латвия.
Тем временем #3
Первые нелегальные беженцы на прошлой неделе уже добрались до Литвы. В ночь на 12 сентября патрулирующие трассу Via Baltica полицейские решили остановить и проверить автомобиль Opel Astra с литовскими регистрационными номерами. Выяснилось, что за рулем находился гражданин Ирака с документами беженца в Финляндии. Рядом сидевший гражданин Ирака имел вид на жительство в Финляндии. Остальные три иракца, находившиеся на заднем сиденье, не имели никаких документов. Выяснилось, что пятерка транзитом через Литву направлялась в Финляндию. Беженцы без документов из Ирака прибыли в Турцию, а далее направились в Венгрию. Далее через Словакию и другие страны ЕС они направились в Литву, чтобы через страны Балтии добраться до Финляндии.
Тем временем #4
После того, как Германия решила вернуть паспортный контроль на своей границе, а вслед за ней подобные инициативы появились в целом ряде других стран ЕС, министр иностранных дел Литвы Линас Линкявичюс стал опасаться прекращения свободного передвижения по ЕС. «Эти потоки трудно прогнозировать, но то, о чем мы говорили с самого начала, те вызовы, которые сейчас встали перед нами, их надо очень серьезно рассматривать. Особенно причины. А то, что мы создали, нельзя разрушать. Одна из этих вещей — это Шенгенская зона. Конечно, все эти потрясения чувствительны, но я не думаю, что мы должны бросаться в крайности. Одной из них может стать развал Шенгенской зоны», — считает министр. Он выразил надежду, что цепной реакции Европе удастся избежать, и вслед за Германией остальные страны Шенгенского пространства не введут пограничный контроль и не поставят под угрозу свободное передвижение по Европе.
«Вы бомбите стену, не пропускавшую поток африканской миграции в Европу, стену, останавливавшую террористов “Аль–Каиды”. Этой стеной была Ливия. Вы разрушаете её. Вы – идиоты. За тысячи мигрантов из Африки, за поддержку “Аль–Каиды” гореть вам в аду. И так оно будет.» (из последнего письма Каддафи к лидерам Запада)
Богохульсвуешь ну,ну Солдат,не самая лучшая идея.
Йонас, ну и ка вам интерьер «вашего» католического костёла по сравнению с греко-византийско-православным кичем?
Антанас, ну и что. Пусть молятся на здоровье. Наш костел в Москве тоже не пустует. А вот в Литве сейчас в связи с беженцами-мусульманами такие проблемы возникнут и решать их будут за ваш счет.
Я тоже заметил как не парадоксально но в конце концов партнёры мочат и своих буквально вчера бывших союзников и превращают их страны в г..но а верхушку вешают или истязают или расстреливают а так-же их родственников.
Новая парадигма глобальной стратегии США
Анализируя процессы и события, происходящие сегодня в мире, возникает стойкое впечатление, что вашингтонские «мудрецы» – главные режиссеры современного мирового развития – приняли решение отказаться от малоуспешной и порядком надоевшей старой пьесы для того, чтобы поставить новую. Речь идет о том, что концепцию глобализации, о которой столько говорили в недавнем прошлом, окончательно отставили, и вместо нее на первый план вышла концепция глобальной нестабильности, подразумевающая упрочение американского доминирования в мире путем расшатывания устойчивых политических конструкций, создания зон многочисленных конфликтов и управление миром путем манипулирования противостоящими друг другу в том или ином регионе политическими силами. Глобализация как практическая стратегия, проводившаяся после окончания «холодной войны» и направленная на то, чтобы обеспечить американское доминирование в развивающемся мире, проверку на прочность не выдержала. Планировалось за относительно короткое время сформировать в странах Востока: — ориентирующиеся на США либеральные политические режимы; — экономику, открытую внешним инвестициям и влияниям, с главенством частного бизнеса и предпринимательства и вытеснением из нее государства; — влиятельные социальные слои, интегрированные в американскую массовую культуру, которая таким образом должна была стать в полном смысле мировой. В конце процесса глобализации виделось однородное политическое, экономическое и духовно-культурное пространство – мир, организованный по американским образцам, в котором США надолго бы остались признанным лидером. Самые светлые умы американской и западной политологии от Хоффмана до Шаголанда, от Робертсона и до Стиглица разрабатывали различные варианты концепции глобализации, указывали на ее позитивные моменты для большинства стран мира, говорили о неизбежности вытеснения традиционных для стран Востока порядков новыми. Многие из них указывали даже на естественность процесса глобализации, как бы не замечая, что весь он конструируется из одного центра. Субъектами и объектами глобализма выступили США и контролируемые ими международные институты – Международный валютный фонд (МВФ), Всемирный банк (ВБ) и Всемирная торговая организация (ВТО). Под их влиянием глобализация в мире стала развиваться в духе требований так называемого Вашингтонского консенсуса, то есть политикой дерегулирования национальных экономик, широкой либерализации и приватизации. В этой схеме доминирование США осуществлялось опосредованно – через контроль финансовых и основных материальных ресурсов, а главное – через контроль «правил игры» нового глобализированного мира. Примерно к середине 2000-х годов выяснилось, что с так хорошо задуманной глобализацией произошла серьезная осечка и обеспечить глобальное американское доминирование в рамках этой стратегии невозможно. У США появились серьезные противники, которые стали все решительнее бросать вызов американскому диктату. Выяснилось также, что наиболее успешными в глобализации странами оказались те, которые не утверждали «демократические ценности», а, скорее, наоборот, развивались в рамках авторитарных режимов, проводивших совершенно не тот, что требовался для США курс в сфере политики, экономики и культуры. Примером здесь могут служить и Китай, и Вьетнам, где, при сохранении однопартийной политической системы с Компартиями во главе, были достигнуты наиболее значительные темпы экономического роста. Даже если взять ту же Южную Корею, Японию, Сингапур, то и там, при всей внешней демократичности, власть вполне авторитарна и сохраняется в руках одной и той же по существу властной элиты. В рамках глобализации на Востоке победу одержала не частная экономика с минимумом государства, а смешанная государственно-частная экономика с доминирующей ролью государства. Что касается распространения западных культурных стереотипов, то если это где-то и произошло, то оказалось довольно поверхностным и охватило весьма ограниченные по численности городские слои, основная же часть населения осталась в русле традиционных представлений и ценностей. Более того, в некоторых странах в ответ на экспансию западной масскультуры усилились тенденции традиционализма и религиозного экстремизма. В странах Востока вместо общества, выкованного по американским лекалам, сформировались государства полуавторитарного типа, которые стремились проводить независимую политику и совершенно не желали следовать интересам США. Китайско-американское соперничество за господство в Восточной и Юго-Восточной Азии, политика турецкого президента Эрдогана в рамках политики исламизации и поворота на Восток, критика США и упорство в отстаивании собственных интересов таиландскими генералами – только отдельные примеры истинных «плодов глобализации». Естественно, такой ход вещей США устроить никак не мог, и в Вашингтоне решили, видимо, написать сценарий новой пьесы, кардинально поменять правила игры, и, скорее, даже начать новую. В отличие от предыдущей, ни ее правила, ни ее сценарий миру предъявлен не был. Поэтому трудно назвать точную дату ее начала. Вполне вероятно, что это рубеж 2005-2006 г., когда после американского вторжения в Ирак выяснилось, что вместо замирения в стране происходят при участии американцев разрушительные процессы и страна намеренно раскалывается на отдельные регионы, провоцируются столкновения суннитов и шиитов, а главное – американская оккупационная власть мало что делает для того, чтобы остановить рост экстремистских и террористических организаций в этой стране. Более полное выражение новая стратегия получила в 2011 г. с началом так называемой «арабской весны». Все тогда задавали вопрос: а зачем американцы стремятся ликвидировать относительно стабильные режимы в Тунисе, Ливии, Египте, Сирии, зачем они открывают дорогу наиболее экстремистски настроенным силам, религиозным фанатикам и даже ненавистникам США? – Ответ можно дать сегодня, когда новая стратегия все более явно проявляется уже не только на Ближнем Востоке, но и всюду, куда простираются «интересы США». Появление и распространение так называемого Исламского государства (ИГИЛ), поставившего в состояние неопределенности и хаоса весь Ближний Восток, события на Украине и в Афганистане, попытки дестабилизировать власть военных в Таиланде, правительство Наджиба Разака в Малайзии, противодействие любым попыткам межкорейского урегулирования и разжигание конфликтов по всему миру – это, по всей видимости, и есть новая американская стратегия, которую можно определить как формирование в мире ситуации глобальной нестабильности. Смысл этой стратегии в том, чтобы путем актуализации латентных конфликтов раскалывать даже устойчивые национальные и региональные объединения, которые претендуют на независимость и, так или иначе, создают помехи политике США. В Вашингтоне рассчитывают, что, с одной стороны, разжигаемые и подталкиваемые к взрыву новые конфликты, ослабят потенциальных конкурентов, а с другой – позволят США манипулировать их участниками. В Юго-Восточной Азии, например, они выстраивают целую антикитайскую цепь, пытаясь привлечь на свою сторону Вьетнам, параллельно готовя там «оранжевую революцию», стремясь убрать неуступчивых тайских военных и заменить их куда более близкими себе политиками. В Камбодже все готовится к тому, чтобы проамериканские силы одержали победу на будущих выборах и отправили в отставку премьера Хун Сена, превратившего эту страну в главного друга Китая в АСЕАН. В Бирме американцы, где президент Обама побывал уже дважды, подталкивают местных генералов к новым военным конфликтам с Китаем, как это уже было недавно в районе Коканга, продвигают «своего человека» – правозащитницу и Нобелевского лауреата Аун Сан Су Чжи на ключевые посты в государстве. Если добавить к этому длинному списку еще и воинственно антикитайских политиков на Филиппинах, куда уже вернулись американские войска, то выстраивается целая цепь стран, которые призваны будут в скором времени развязать конфликт с Китаем, подорвать его имидж, поглотить его энергию в конфликтном потенциале. При таком развитии событий нет сомнений, что целый регион вместо успешного и стабильного развития окажется на военном положении и в огромной зависимости от США. Мир, полный внутренних и внешних конфликтов, зависимый от воли американских кукловодов и таким путем подчиненный интересам США – вот каким образом видится сегодня перспектива дальнейшей реализации новой американской внешнеполитической стратегии. Нам только надо перестать всякий раз удивляться, зачем американцы подрывают устойчивость вполне лояльных к ним политических режимов, как они делают это в Малайзии, стремясь убрать от власти премьер-министра Наджиба Разака и главную политическую силу в стране в лице Объединенной малайской национальной организации (ОМНО). Ведь это именно американская Wall Street Journal обвинила его чуть ли не в краже 700 млн долларов государственных средств, что стало детонатором массовых антиправительственных волнений. Думается, что политическим элитам многих стран, в том числе и близко аффилированных с США, следует готовиться к социальным потрясениям и «оранжевым революциям». Ибо теперь в мире существуют только одни интересы – США и только одни правила игры, по которым они сами и играют. Дмитрий Мосяков, профессор, доктор исторических наук, руководитель Центра изучения Юго-Восточной Азии, Австралии и Океании ИВ РАН
Moskovskij komsomolec:Гайнутдин: В Москве построят мечеть вдвое больше Соборной
18 сентября 2015 в 11:22, просмотров: 2609
В Москве построят две новые мечети, сообщил председатель Совета муфтиев России Равиль Гайнутдин. Он отметил, что одна из них будет в два раза больше, чем Соборная, и сможет одновременно принимать до двух десятков тысяч верующих. «У нас в планах строительство одной мечети на территории Новой Москвы, место уже определено, но пока мы его не разглашаем.
По поручению мэра Москвы подбирается еще одно место для строительства в два раза большей, чем московская Соборная, мечети, рассчитанной уже на 20 тыс. молящихся»,— цитирует ТАСС исламского деятеля. О сроках строительства пока неизвестно.
в 22 25
ответ зое в 22 20
ну ежели Брюссель, тады очень даже хорошо
богатым буратинкам мы будем рады
враг летает у ворот
а пятрас песенки орет
Что Вы все о грустном?Радоваться надо, что скоро мы опять сможем спеть песню о том,что
нас 3 миллиона.УРА
прилетит к нам
бомбомёт и перепашет
огород
да уж кто здесь только за последние сто лет окопов не рыл
перекопают , хорошо если лопатами, а если пахать начнут то ой ой
Представить будущее Литвы легко. Ничего приятного.
Даже если деньги на пособия беженцам будет выделять Брюссель, все равно беженцы не должны получать больше местных жителей. Разницу можно использовать на местные социальные нужды.
Пойдет ли кто-нибудь из беженцев работать за 300 евриков, отказавшись от пособия в 600?
Полагаю, что Литва, как страна НАТО, бомбившая Ирак, ответсвенна за тамошний хаос и должна принять беженцев. Но пособие им должно быть соразмерно пособиям, зарплатам и пенсиям, выплачиваемым местным жителям.
Смотритель, плохо смотрите, однако. А с Ричардом я согласен — «там» не знают что есть стыдно. Я тоже с 1962 работаю на (на флоте) и, как Юру Ветеранас получаю что-то около 150 пенсии.
Одно утешает — беженцы у нас долго не продержатся. Они ж не работать сюда едут, а за легкой жизнью, за пособием. От 600 они через год окажутся в Германии, как и мыслящие аборигены Литвы.
евросоюз сливают в наглую , конкуренты
ничего не скажешь , ход конём
социальный бунт протест неизбежен что и требовалось
своих можно и пинками
свои и водички похлебають
А жилье выделить, а деток ихних учить? А теже мечети? Надо! А куда дется, придется!
600 евро – такая сумма будет выделяться ежемесячно на беженца,
Правильно, надо помочь беженцам, люди в трудной ситуации, а те кто создавал и поддерживал экономику Литвы и так протянут, ведь жили до этого молча и пусть и дальше так живут
Свои — рабы, а этих властям надо задабривать, чтобы теракты не устраивали, не мстили…
…..хотя можно просто бАлдошкой ха ха ха ха ха главное чтобы от тя воняло и волосяной покров погушше ха ха ха ха ха между ног ха ха ха ха ха
Факт остаётся фактом-пособие беженцев превышает среднюю зарплату по Литве плюс коммунальные услуги бесплатные — это две трети от минимума — похоже скоро в Литве будет большой спрос на гуталин — зачем ехать в заграницы если можно просто намазать морду гуталином и представиться каким нить Салимом Абдкрахманом!
Да,из этой суммы ещё вычесть 21%акцизный налог!
Что-то уж очень кучеряво будут жить беженцы.Тогда надо и пенсионерам повышать у кого меньше 600евро,а то чтож получается-свои хуже негров? На семью 600евро на двоих,а если у них 4человека значит 2400!Не плохо!Я отработал больше 54лет стажа и пенсия со всеми добавками 345евро!Не стыдно правительству?Хотя они не понимают-что такое стыдно.
Друзья, правда ли цитируемое высказывание » «Понятно, что пенсионеры, матери-одиночки могут возмущаться, что беженцы будут получать от государства больше. Признаю, что выплаты беженцам намного больше, чем социальные пособия жителей Литвы. Но посмотрите, как многие жители Литвы распоряжаются этими пособиями. 10 числа каждого месяца, когда выплачиваются пособия, начинается массовое пьянство. За два дня пропиваются миллионы евро. Я считаю, что ни беженцам, ни литовцам, которые не хотят работать, не должна выделяться помощь», — сказал Сабутис.»
600 евро – такая сумма будет выделяться ежемесячно на беженца, получившего убежище в Литве.