Несбывшаяся мечта. Невымышленные истории прабабушки

У той дороги, встав на поворот,

У тех берез, зимой и летом босых,

Кого-то женщина седая ждет,

Всем телом навалясь на старый посох.     

  О. Поскребышев   

Прочитав эти строки Олега Поскребышева, передо мной предстает образ моей прабабушки. Ее добрые глаза, морщинистые натруженные руки…Что только ни видели эти руки, какую только работу ни выполняли. С малых лет пришлось прясть, вязать. Черной тенью ворвалась в жизнь маленькой девочки Первая мировая война, на которую забрали ее отца. Все заботы о детях, хозяйстве легли на хрупкие плечи матери. Из-за тяжелой работы она все чаще и чаще стала болеть. К тому же еще муж попал  в германский плен, из которого вернулся домой только через несколько лет. Едва дождавшись супруга, молодая женщина скончалась. Война и плен сделали свое дело – через три года после возвращения умер и отец.  Дети, старшему из которых в то время было двенадцать лет, сполна хлебнули сиротскую долю. Своего дома они не имели. Жили у дяди, у которого и без них едоков хватало.

Фото из архива «ЛК»
Фото из архива «ЛК»

Чтобы рабочих рук стало больше, старшего брата Елены Антона женили на такой же сироте Анне. Чтобы не быть обузой для дяди, решили жить отдельно. Но для этого надо было построить дом. Сиротам выделили сруб, а остальные работы пришлось выполнять своими силами. На всю жизнь двенадцатилетняя Лена запомнила, как они крыли крышу дома. Антон и Анна работали наверху, принимали доски, которые им подавали снизу Елена и младшая сестра Ирина, которой едва исполнилось девять лет. Дом, хотя и маленький, но свой, построили на живописном берегу речки Варклед.

Понемножку жизнь стала налаживаться. Однажды к соседям приехали гости из дальней деревни. Был среди них юноша среднего роста, с густыми русыми волосами, с добрыми карими глазами. Ему понравилась Елена.

Через некоторое время они поженились. Семья, в которую попала юная девушка, недавно вернулась домой – в деревню Карамас-Пельга Киясовского района —  из поселка Шолья Сарапульского района, куда она была выслана после раскулачивания. Разоренный дом… Разоренное хозяйство… Кое-как приобрели овцу. Затем смогли завести корову. В молодой семье Елены и Федора родился первенец Владимир, а потом дочка Антонина. Но дети вскоре умирают от инфекционной болезни. Позже появляется на свет вторая дочь, которую назвали Валентиной (моя бабушка).

В апреле 1941 года в жизнь Елены уже во второй раз черной полосой ворвалась война. Еще никто не знал, что скоро она начнется и унесет жизни миллионов людей. Федора и четверых его односельчан через военкомат призвали и отправили за пределы Удмуртии. Семьям призывников сообщили, что их везут на лесозаготовки.

Через некоторое время пришло письмо из города Шакяй Литовской ССР, в котором Федор сообщал своим родителям и жене, что они роют окопы, укрепляют границы недавно образованной Литовской ССР и даже видят немецких солдат… Ничего не предвещало трагедии. Пока все наполнено заботами мирной жизни. И даже не верится, что через три недели эта мирная жизнь будет растоптана, взорвана фашистами. Федор рассказывал о природе тех мест и сравнивал их со своими родными краями. Несмотря на то, что там красивые деревья, живописные леса, он восхищается своей Родиной, безумно скучает по ней, любит ее. Очень сожалеет, что проходят сроки сева яровых хлебов, а он не может в них участвовать. Скучал по маленькой дочери, наказывал любимой жене, чтобы она теплее укрывала ее по ночам – простудиться может.

В июне 1941 года началась Великая Отечественная война. Никаких писем и известий от мужа Елена не получала. И только из письма одного из односельчан, вместе с которыми служил Федор, она узнала некоторые сведения о нем. Надо же было случиться такому, что в ночь на 22 июня именно Федор был часовым. Все, кто в чем был, убежали, а караульным запрещалось оставлять свой пост. После этого моего прадедушку больше никто не видел. Односельчане тоже не вернулись с войны.

Сполна хлебнули горя и женщины, оставшиеся в деревне. Им пришлось работать вместо ушедших на фронт мужчин. Заменили их в поле, в лесу и даже на стройках. Трудовой подвиг совершили на строительстве железной дороги Ижевск — Балезино у деревни Кекоран. Всех трудоспособных женщин, детей с четырнадцати лет мобилизовали на эту стройку. С какими трудностями пришлось встретиться, знают только они. Этих строителей размещали в наскоро вырытых землянках, у местных жителей. Спали по несколько человек на полу, на нарах — кто где мог. Еду приходилось готовить самим из привезенных с собой скудных продуктов. Каждый готовил себе пищу в отдельном котелке. Из-за тесноты были случаи, когда ошпаривались кипятком или проливали кашу друг на друга. Работали с раннего утра до позднего вечера, выполняли непосильную для женщин работу. Ноги мерзли в худых лаптях, сырые портянки примерзали к коже. От холода и от недостатка еды у Елены начали болеть и выпадать зубы.

После Кекорана был Сарапульский район. За Камой рубили столетние сосны и ели, которые не обхватить одному человеку. Также работали женщины. Из-за того, что была худая одежда, зима казалась очень лютой. Рукавицы, обувь изнашивались быстро. Измученные непосильным трудом, недоеданием женщины скучали по малолетним детям, оставленным дома на попечении престарелых родителей. Когда продукты заканчивались, лесорубы по несколько человек шли домой тайком от начальства. Приходилось преодолевать семь десятков километров пешком. Придут, бывало, домой на заре, а там их уже ждут милиционеры, чтобы отправить обратно. А весной через Каму переправлялись даже по тронувшемуся льду. Все это пережила Елена вместе с подругами по несчастью.

Прабабушка ждала мужа всю жизнь, ведь никто не видел, как он погиб. Федор часто снился Елене. Он стоял на противоположном берегу широкой реки и махал ей рукой, но переплыть эту глубокую полноводную реку не мог. Он говорил какие- то слова, но она не могла их разобрать.

Не помнит своего отца и моя бабушка. Не помнит, как он подбрасывал ее высоко и как ласково называл «мое солнышко». Она была слишком маленькой, когда Федор ушел из дома навсегда. Валентина очень завидовала подружкам, отцы которых вернулись с фронта.

Сейчас моей милой, самой доброй в мире прабабушки уже нет в живых. Я любила, когда она рассказывала мне о себе, о войне, о своем любимом муже. Все ее истории казались невероятными, вымышленными. Я считала, что она прочитала какую-то приключенческую историю, а теперь рассказывает ее содержание нам, своим маленьким правнучкам и правнукам. И только теперь понимаю, как тяжело ей было сдерживать слезы, как нелегко давались рассказы, взятые из прожитой далеко не сказочной жизни.

В сундуке у прабабушки всегда хранились отрезы ткани, десятки коробков спичек и соль – так, на всякий случай. Ведь эти вещи во время войны были на вес золота.  А слова, которые прабабушка произнесла однажды, навсегда остались в моей памяти:

 — Внученька, я пережила очень трудные, голодные годы. Но я не жалуюсь на свою судьбу, потому что она подарила мне любимого человека, замечательную дочь, вас, милых внуков и правнуков, мгновения, наполненные счастьем, ради которых можно перетерпеть все испытания и невзгоды. Я хочу, чтобы у тебя все было хорошо, чтобы по утрам ты просыпалась от звонкого пения птиц, журчания ручейков. Чтобы у тебя была любимая работа, верные друзья… Чтобы ты и твое поколение никогда не знали, что такое война.

Годы идут, прабабушкины «солнышки» выросли, но они не забывают своего родного человека, не забывают ее истории, ее морщинистое лицо и руки. И помним слово, которое дали ей когда-то в шутку, но теперь понимаем, что для нее это было очень важно. Прабабушка до последних дней ждала прадеда, но не дождалась. А мы, правнучки и правнуки, надеемся выяснить судьбу Бронникова Федора Александровича и посетить его могилу. Уже сделали множество запросов в Литву, Латвию, Беларусь, Польшу, Германию, Украину, во многие регионы России. Вероятно, прадед попал в фашистский концлагерь и погиб там в первый год Великой Отечественной. Но данная информация пока не подтверждена и неизвестно, подтвердится ли когда-нибудь. Но мы не теряем надежды. Как прабабушка.

Елена Рябина

Оставить комментарий

avatar
600