С днём рождения, единая Германия!

Фото pixabay.com

3 октября – День немецкого единства. А в этом году ещё и юбилей: 30 лет назад ГДР и ФРГ снова стали одной страной. И хотя разница между «осси» и «весси» до сих пор заметна, а пять земель, принадлежавших к ГДР, по-прежнему называются «новыми», День объединения – один из главных государственных праздников. Слишком болезненным был разрыв, и слишком долгожданным воссоединение.

История разделения Германии на самом деле не так проста, как некоторым представляется: мол, построили стену, потом убрали стену. После поражения Германии во Второй мировой войне страны-союзники разделили немецкую территорию на четыре зоны влияния по числу стран-победителей: СССР, США, Великобритании и Франции. Плюс так же разделили Берлин, хотя формально город находился на территории, подотчётной СССР: в нём тоже были четыре оккупационных сектора. Одна из берлинских достопримечательностей – контрольно-пропускной пункт в самом центре города, прозванный «Чекпойнт Чарли»: там по сей день на бывшей границе стоит памятный щит с надписью «Вы выезжаете из американского сектора» на четырёх языках…

Германия оставалась под юрисдикцией стран-победителей с 1945 до 1949 гг. 23 мая 1949 года американцы, французы и британцы договорились объединить свои оккупационные зоны в одну и признать их независимой Западной Германией, а восточные пять земель стали ГДР. Граница между ними ещё долго была проницаемой, можно было ездить туда-сюда. Хотя пограничные правила становились всё жёстче, это не останавливало жителей. Западная Германия получала огромную помощь от США по плану Маршалла, в 1950-х в ней уже началось «экономическое чудо», страна восстанавливалась ударными темпами. В восточной же части, вступившей на путь коммунизма и принимавшей лишь помощь СССР, всё было менее радужно. Восточные немцы в поисках лучшей доли стали переезжать на запад. К концу 1950-х стало понятно, что так ГДР может вообще обезлюдеть: каждый год на запад за лучшей жизнью уезжали сотни тысяч. И в 1961 году воздвигли всем известную Стену.

В берлинском районе Мариенфельде есть небольшой музей (Die Erinnerungsstätte Notaufnahmelager Marienfelde), посвящённый истории Стены и людям, которые, невзирая ни на что, старались всё же прорваться за неё. Там хранятся уникальные документы и фотографии. Например, когда стена разделила город пополам, в домах, которые оказались прямо рядом с ней, жители копали из подвалов подземные ходы на ту сторону.

По разные стороны Стены остались родители и дети, братья и сёстры, друзья и подруги. Сейчас во многих газетах наверняка будут публиковать трогательные истории о том, как влюблённые, оставшиеся по разные стороны Стены в 1950-х, дождались и заново нашли друг друга уже в 1990-х. Однако история Стены не равнозначна истории единой Германии: Стена и появилась позже, и пала чуть раньше, чем ГДР и ФРГ официально стали одной страной.

А официальный договор об объединении ГДР и ФРГ был подписан 3 октября 1990 года. Для немцев этот день стал национальным праздником, днём рождения обновлённой страны, хотя европейские страны цедили поздравления сквозь зубы: прежние европейские лидеры, Великобритания и Франция, понимали, что после образования нового 80-миллионного государства с их лидерством на европейской арене будет покончено. И хотя объединение двух Германий открыло для самой «заново родившейся» Германии огромный фронт работ над решением новых внутренних проблем, она всё же стала главной европейской страной с наиболее мощной экономикой – четвёртой по счёту в мире.

Эйфория и восторг, которые переживала Германия после объединения, мало-помалу прошёл, и стали видны проблемы. «Новые земли» – Бранденбург, Саксония, Саксония-Анхальт, Тюрингия и Мекленбург-Передняя Померания – интегрировались в ФРГ с бóльшим скрипом, чем предполагалось. Пусть в тамошних университетах уже не преподавали марксизм-ленинизм, а обязательные уроки русского языка в школах сменились уроками английского, различия не удалось стереть в одночасье.

Наиболее предприимчивые «осси» массово рванули на Запад, к ранее запретным благам капитализма, безоглядно оставляя за спиной всё нажитое. Восток заметно опустел. Многие производства бывшей ГДР не могли конкурировать с более технологически продвинутыми конкурентами из ФРГ. По сей день в восточных землях доходы ниже, а уровень безработицы выше, чем в западных. Праздник воссоединения, как и любой приличный праздник, завершился похмельем: наутро ФРГ поняла, что восточные земли стали не только долгожданным приобретением, но и бременем – их ещё долго придётся финансировать, кормить и развивать. Но национальным девизом современной Германии, видимо, может стать фраза, сказанная Ангелой Меркель гораздо позже, в 2015-м, и по другому поводу – в связи с мигрантским кризисом: «Wir schaffen das» – «Мы справимся».

И «мы» справляемся, где-то лучше, где-то хуже, но всё же при всех внутренних проблемах Германия остаётся единой и главной европейской страной. Возможно, дело в том, что Германии не привыкать к объединениям и разъединениям: всю свою историю она преодолевала раздробленность, собирала свои земли воедино и меняла границы, её составные части были когда-то едины под властью Карла Великого, потом снова долго были раздроблены и «дружили против» друг друга, в конце XIX века объединились, потом были две мировые войны и опять раскол… И теперь снова вместе. По историческим меркам – совсем недолго, но вполне эффективно.

Боже, но что творилось в Берлине после объединения! В нём, как в зеркале, отразились все тенденции и чаяния немцев. Это вам не объединение земель – это объединение одной улицы с соседней, которые сорок лет были разделены стеной! В городе, снова ставшим «большой» столицей (до объединения Берлин был столицей лишь ГДР, а ФРГ перенесла руководящие функции в тихий Бонн), происходило в микромасштабе всё то же самое, что в стране. Жители бросали свои насиженные квартиры и переезжали «на Запад». А в ответ на это с Запада в восточную часть рванули те, кому в Западном Берлине не сиделось – в первую очередь творческие люди. Писатель Владимир Каминер (Wladimir Kaminer), переехавший из России в берлинский район Пренцлауэр Берг как раз в 1990 году, описывает это так:

«Местные жители толпами сваливали на Запад, их квартиры пустовали. В том смысле, что люди из них уехали, а обстановка осталась. Встречная волна с Запада принесла в Пренцлауэр Берг панков, иностранцев, приверженцев Церкви Божьей Матери, просто странных субъектов и разного рода артистическую публику. Они занимали квартиры, выбрасывали на помойку оставленные там игрушечные железные дороги, срывали обои и ломали стены. ЖЭКи и домоуправления беспомощно разводили руками – ситуация вышла из-под контроля. Я поселился на Люхенерштрассе. Герр Паласт, чьё имя всё ещё значилось на табличке, очень торопился. Он оставил почти всё – чистое постельное бельё, уличный термометр, маленький холодильник, а на кухонном столе даже лежал тюбик с зубной пастой. Пользуясь случаем, хочу выразить герру Паласту свою благодарность. Особенно хочу поблагодарить его за самодельный бойлер, настоящее чудо техники.

Через два месяца колонизация Пренцлауэр Берга завершилась. Домоуправления вышли из комы, провозгласили всех проживающих на данный момент в подведомственном им жилищном фонде правомочными квартиросъёмщиками и предложили явиться за документами. Впервые в жизни я стоял в очереди, состоящей исключительно из панков, психов, мнимых святых туземного и дикарей иностранного происхождения, общим числом человек в двести. В соответствии с договором бессрочной аренды, моя ежемесячная квартплата составляла 18,50 марки».

Благодаря такому наплыву бедных, но креативных людей Берлин в 1990-е стал творческой столицей Европы, и пусть сейчас всё стало заметно буржуазнее, отголоски былой славы по-прежнему сохраняются за ним.

Приведём напоследок несколько фактов об объединении Германии, которые обычно не на слуху:

• Изначально национальный праздник, День немецкого единства, предлагалось отмечать не 3 октября, а месяцем позже – 9 ноября, в день, когда рухнула Берлинская стена. Но 9 ноября имеет и менее приятные оттенки: это день пивного путча в Мюнхене в 1923 году и «Хрустальная ночь» еврейских погромов в 1938-м. Поэтому в качестве праздничной даты решили назначить день подписания договора.

• Главное официальное празднование этого дня – Bürgerfest – проходит каждый год в разных городах Германии и длится обычно несколько дней. В прошлом году оно проходило в Киле. В этом должно было состояться в Берлине, но, увы, отменено из-за санитарных мер, связанных с пандемией.

• В 2004 году канцлер Герхард Шрёдер (Gerhard Schröder) надумал этот праздник отменить. Точнее, отменить дополнительный выходной: он предлагал праздновать День единства ежегодно в первое воскресенье октября. Но его предложение не нашло отклика у граждан.

• Бонн не сразу утратил функции столицы. Парламент и офис Федерального канцлера переехали в Берлин только в 1999 году.

• От воссоединения чуть не пострадали гэдээровские Amplemännchen – новые дорожные власти требовали заменить «человечка в шляпе» на восточногерманских пешеходных светофорах стандартными безликими фигурками. Но люди были против, даже Эрих Хонеккер (Erich Honecker) в знак поддержки «человечка со светофора» сфотографировался в шляпе. Amplemännchen выжил и стал популярным символом Германии, сейчас он есть на всех немецких сувенирах.

rg-rb.de

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.