Вацлав Станкевич — моряк, политик и дипломат

Фото с сайта академии

С 1 июля к работе в должности директора Литовской высшей морской школы приступает капитан дальнего плавания Вацлав Станкевич. Он получил это назначение, победив в конкурсе из шести претендентов. Морская общественность страны с большим удовлетворением восприняла эту новость: морской капитан В. Станкевич пользуется огромным авторитетом и уважением среди моряков, чьи права и интересы он отстаивал все восемь лет работы в Сейме и сделал немало для укрепления статуса Литвы как морского государства.

– С возвращением в морскую Клайпеду, капитан! Мы тут вас часто вспоминали, особенно моряки и их семьи, да и все морское сообщество. Потому что с вашим уходом из большой политики во властных структурах не осталось никого, кто бы компетентно разбирался в морских делах и был заинтересован в их решении. И это очень ощущается, особенно в последние годы.

– Ну это вы бросьте. Я один ничего не смог бы добиться, если бы не морское сообщество, не мои единомышленники в парламенте и правительстве. Мы все вместе работали над тем, чтобы укрепить статус Литвы как морского государства, и действительно добились многого. Понимая ценность морской индустрии для экономики и престижа страны, власти оперативно принимали решения для ее развития, законодатели без проволочек подготавливали необходимые законы, ратифицировали международные морские конвенции. Правительство и Сейм прислушивались к мнению морских и портовых специалистов, морского профсоюза.

– А потом все пошло наперекосяк. Парламентскую комиссию по морским делам и рыбному хозяйству, которая была создана по вашей инициативе и успешно работала, упразднили. Единственную льготу для моряков, которой вы добивались в Сейме четыре года,  – действовавшее в 2004-2008 годах освобождение от уплаты подоходного налога – тоже отменили для большинства моряков в 2009-м. Морская администрация Литвы два года назад ликвидирована, вместо нее действует не имеющий сколько-нибудь серьезных полномочий  морской департамент в составе Литовского агентства транспортной безопасности – все важные для морского судоходства вопросы решаются в Вильнюсе. Никого не смущает при этом, что в агентстве нет морских специалистов. Дипломирование моряков бесцеремонно пытались перенести в Каунас на откуп некомпетентному в морских вопросах агентству транспортной компетенции, которое экзаменует автодорожников. Убоявшись возмущения морского сообщества, эту идею на время отложили. В порту – странная чехарда смены руководителей ведущих предприятий. Наступление воинствующих дилетантов на морской сектор привело к тому, что сегодня у государства нет морской стратегии и нет морских амбиций, национальный флот на грани исчезновения.

– Я уже десять лет как отошел от морских дел, занимаясь дипломатической работой. Но слежу за публикациями в прессе и стараюсь быть в курсе происходящего. Не думаю, что все, о чем вы говорите, делалось сознательно. Скорее, от непонимания, что автодорожный, железнодорожный и речной транспорт не то же самое, что морское судоходство. Здесь своя специфика, море не прощает небрежного к себе отношения.

Очевидно, что сегодня у морского сообщества нет такого согласия с властями, как раньше. Но оно напрасно надеется, что в Сейм или в правительство вдруг придет политик, заинтересованный в морских делах, и примется их решать. Не придет. Надо самим взращивать и продвигать таких людей. Может быть, я много на себя беру, но, по-моему, мне удалось в бытность членом Сейма консолидировать морскую общественность и установить контакт между нею и властью. Все вместе мы работали над морской стратегией, охваченные идеей сделать Литву морским государством. Я чуть ли не каждый день созванивался с руководителями морских, портовых предприятий и ассоциаций, обязательно встречался с ними во время приездов в Клайпеду и помогал чем мог. Порой достаточно было разговора «на бегу» в коридоре с высоким чином, чтобы решить проблему: все проявляли понимание, что порт и судоходство – это важно для страны.

Если мы хотим видеть Литву морским государством, то его морская столица, безусловно, должна находиться в Клайпеде. То есть все морские институции, все рычаги управления, за исключением Минтранса, должны быть сосредоточены здесь. Морские и портовые специалисты живут в Клайпеде и в Вильнюс или Каунас не переедут. А дилетантов к морским делам подпускать нельзя.

– Вы не жалеете о том, что ушли из Сейма? В чем была причина, может быть, разочаровались в большой политике?

– Не жалею и не разочаровался. Меня и сейчас интересует внешняя политика, но на посту дипломата приходится себя придерживать. Восемь лет пребывания в Сейме достаточно большой срок, и я выполнил все задачи, которые перед собой ставил. Все это время работал в комитете по внешней политике, возглавлял комиссию по делам НАТО. Занимался морскими делами, что и явилось одной из побудительных причин баллотироваться в парламент, а также близкими мне проблемами национальных меньшинств. Если бы меня не приняли на работу в МИД, куда я сам напросился без особого приглашения, то, возможно, баллотировался бы и на третий срок. Кстати, некоторые журналисты написали уже после выборов 2008 года, что Станкевич в Сейм якобы не прошел. А я в выборах и не участвовал.

– Как вас, чужака, приняли в дипломатическом корпусе? Там ведь свой тесный мир, свои нравы и порядки.

– Восприняли нормально. В стенах МИДа я долго не задержался, отправился в Калининград, хотя сначала речь шла о Генконсульстве в Санкт-Петербурге. Но новый министр Вигаудас Ушацкас, с которым я был хорошо знаком по делу арестованных в США литовских моряков с теплохода «Ялта» («Литовский курьер» подробно писал об этом в №45 от 14.11.2018 г.- Ред.), сказал, что «паркетной дипломатией» я еще успею заняться, а настоящая работа в Калининграде. Там транзит, границы и прочие сложности.

В следующую командировку в Сейны попросился сам после года работы в отделе МИДа. Мне такая сидячая работа была не слишком по душе.

– И вот – новый поворот. После 10 лет дипломатической деятельности вы становитесь директором Литовской высшей морской школы, где сами когда-то учились…

– Не нравится мне это название – школа, неправильное оно. Кстати, на английском официально утверждено название Lithuanian Maritime Academy. Будем добиваться, чтобы так и назывался единственный морской вуз страны – Литовская морская академия. Дело не столько в названии, сколько в сути. Рядом с нами тоже есть школа, где учатся дети. А у нас студенты в красивой и строгой морской форме – будущие морские специалисты. Наши выпускники весьма востребованы на международном морском рынке труда, ничуть не меньше, чем латыши и эстонцы после их морских академий.

Кстати, о морской форме, ее с удовольствием и гордостью носят студенты морских специальностей. Очень бы хотелось, чтобы и студенты береговых специальностей имели такую. Понимаю, что это затратно, но дело того стоит: это поднимает престиж морской академии, престиж профессии моряка и портовика, воспитывает ответственность и уверенность в себе. И горожанам напоминание: Клайпеда – морской, портовый город. Но хочу сначала посоветоваться с преподавательским коллективом, одобрит ли эту идею.

Советы будущих коллег, академического совета мне очень понадобятся, и я на них рассчитываю: все-таки это совершенно новая для меня сфера деятельности. Главное для меня – сохранить тот высокий уровень, которого достигла академия. Я могу сравнивать, какой была мореходка в мою бытность курсантом и каким стал морской вуз благодаря усилиям многолетнего директора Виктора Сенчилы и его коллектива. Здесь сильный преподавательский состав, обладающий высоким научным потенциалом. Многие преподаватели – авторы учебников, по которым учатся студенты. Здесь уникальная учебная база с самыми современными морскими тренажерами. Здесь сложилось немало прекрасных традиций, которые бережно пестуются и передаются из поколения в поколение. Наконец, я видел отзывы о высоком уровне подготовки выпускников от работодателей из судоходных и портовых компаний, а это самая важная оценка работы академии.

Меня тревожат негативные демографические процессы, которые сказываются и на количестве поступающих. Знаю, что академия многое делает в области профориентации, но надо эту работу усилить. В свое время я выбрал профессию моряка, не видя моря – по книгам, по фильмам, которые теперь никто не пишет и не ставит. Мир меняется, нужно искать новые подходы и, может быть, вернуться к чему-то давно забытому. Например, движение морских скаутов, когда-то очень популярное, следует возродить по всей стране, и морская академия тоже должна в этом участвовать. Обязательно следует поддержать учрежденную недавно школу морских кадетов.

И я опять возвращаюсь к вопросу, почему в Литве пошатнулась уверенность в том, что это морское государство. Дело ведь не только в равнодушии или бездействии власти. Интерес к морскому делу, к профессии моряка надо воспитывать. Я думаю, что морская академия могла бы стать той движущей силой, которая сможет консолидировать морское сообщество на решение морских проблем. Надо встречаться с Сеймом, с правительством, дискутировать, высказывать свое несогласие с принимаемыми ими решениями.

– Довольно часто люди несведущие задают вопрос: зачем Литве морская академия, когда и флота-то своего почти не осталось? Зачем тратить деньги на подготовку морских специалистов для других стран?

– Надо смотреть в будущее. Возрождение флота возможно, если выстроить грамотную морскую политику государства. Отказаться от морского вуза – это значит окончательно похоронить идею Литвы как морского государства. Ничего плохого в том, что наши выпускники работают на иностранном флоте, я не вижу. Такой экспорт выгоден и для государства. Моряки, в отличие от эмигрантов, каждый раз после рейса возвращаются домой. Они содержат свои семьи, тем самым работая на экономику страны и не пополняя ряды безработных.

– Вы за свою жизнь побывали в разных ипостасях: моряк, менеджер, политик, дипломат. Какая из них была больше по душе?

– Я ничуть не жалею, что связал часть своей жизни с морем. Только, может быть, чуть раньше надо было сходить на берег, все-таки 17 лет – это многовато. Плюс еще 8 лет в судоходной компании. Скажу так: выбор был правильный на всех поворотах. Везде было нелегко, если работать по-настоящему, а не отсиживаться в ожидании зарплаты. А я по-другому и не умею. В любой деятельности для меня важна целесообразность. Она была всегда и во всех, как вы говорите, ипостасях: сделать что-то большое и нужное, полезное не только для себя, но и для общества. Получится ли сейчас – не знаю, но надеюсь.

Досье

Вацлав Станкевич родился в 1954 году в крестьянской семье, проживавшей в Западной Белоруссии. В Литве живет с 1958 года, когда отца, механика сельхозоборудования, направили работать в Вильнюсский район.

После окончания школы Вацлав выбрал профессию моряка, поступив в 1971 году в Клайпедское мореходное училище и затем продолжив учебу в Калининградском техническом институте. Провел в море 17 лет, последняя должность – капитан-директор плавбазы «Боевая слава».

Сойдя на берег, В. Станкевич в течение 8 лет работал в судоходной компании «Клайпедос транспорто лайвинас» и оставил ее в должности вице-президента, будучи избранным в Сейм   Литвы в 2000 году. После двух каденций в парламенте перешел на работу в Министерство иностранных дел. Помимо литовского, русского и белорусского, владеет английским и польским языками. Пять лет был Генеральным консулом Литвы в Калининграде, в течение года – советником в заграничном литовском департаменте МИД, с 2015 года – руководитель консульства в г. Сейны Польской Республики.

В. Станкевич женат, имеет двоих взрослых сыновей.

Елена ЛИСТОПАД

Комментариев: 2

  1. Анатолий Лавритов :

    Отличный материал Елены Листопад из Клайпеды!Так тщательно и пунктирно ( даже пунктуально) она провела интервью, что молодым журналистам стоит поучится такому мастерству. Раскрыть качества человека и морского специалиста может только журналист, живущий морскими заботами!

  2. Юрий Анисименко :

    Спасибо за профессионально подготовленный материал ! Успехов Вам Капитан ! С возвращением в родной порт — Клайпеда !

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.