Аурелиюс Вярига: часть учреждений изменит свой профиль

Когда правительство решило внести в Сейм поправки, которые позволили бы оптимизировать сеть больничных учреждений, министр здравоохранения Аурелиюс Вярига сказал, что новая перестройка приведет к тому, что лечение еще больше будет сконцентрировано в крупных больницах. Министр в интервью BNS пояснил, что планы о судьбе конкретных больниц можно провести в июле, а пока создаются правовые предпосылки этой реформы.

— Кто и почему готовил поправки, которые одобрило правительство?

— Их готовило Министерство здравоохранения, по некоторым положениям были широкие дискуссии, некоторые поправки появились после того,  когда было все-таки решено, что мы должны готовиться к оптимизации всей системы. Теперь все они поступили в правительство и были утверждены.

— Ваши советники не раз упоминали, что план реорганизации учреждений здравоохранения готовит Государственная больничная касса. Так будет ли еще какой-то другой документ?

— Давайте не путать двух вещей. Сам план сети учреждений, сколько и каких учреждений должно быть — это готовит Государственная больничная касса. Этот план у нас уже есть, мы начинаем его обсуждение, пока в узком кругу, с политиками, потом планируется привлечь к обсуждению более широкую общественность. То, что сейчас было утверждено правительством, — это только юридические предпосылки для того, чтобы можно было вообще реализовать идею оптимизации и эффективности всей системы.

Надо, чтобы появилась правовая основа для нескольких учредителей, чтобы появилась юридическая возможность не всем учреждениям заключать договоры с территориальными больничными кассами и пр. Здесь не идет речь о сети конкретных учреждений, еще нет смысла утверждать его, по этому вопросу еще надо дискутировать.

— Как будет выглядеть сеть учреждений здравоохранения после реорганизации?

— Я действительно не хотел сейчас детализировать эту сеть, тем более, что это – черновой вариант, публичное обсуждение которого вызывает ненужные страсти. Пока это не окончательный план, нередко возникает паника.

— Но ведь нормально – обсуждать планы до их утверждения?

— Разумеется, мы придем к публичному обсуждению. Но сначала хотим представить более узкому кругу, потом уже и профессиональным сообществам, и ассоциированным структурам.

Действительно его никто не примет в условиях секретности. Но пока не хотим без нужды разжигать страсти. Приведу пример с Алитусом, куда мне достаточно было поехать и призвать самоуправление без всяких конкретных предложений подумать, как можно объединить учреждение, сотрудничать.

— А какое направление  реорганизации? Численность населения уменьшается, будет ли меньше и учреждений?

— Количество учреждений необязательно должно сокращаться, могут меняться характер и структура услуг. Есть услуги, которых очень не хватает в Литве, например, не хватает более 3 тысяч мест для нуждающихся в уходе. Поэтому часть учреждений сможет изменить свой профиль, стать больницами по уходу за пациентами, и они действительно не будут закрыты, они смогут прекрасно функционировать.

Некоторые, видимо, утратят часть активного лечения, оно будет сконцентрировано в более крупных учреждениях здравоохранения. Это такие услуги, когда человека кладут в больницу, в дневной или полный стационар, словом, когда человек оказывается в больнице. Это – не консультации и уход.

По занятости коек уже сейчас можно было бы сократить количество коек активного лечения на несколько тысяч. Никак не реформируя, больницы потеряли бы пациентов. Поэтому мы и хотим все разложить, сразу посмотрев, куда можно перенести часть услуг, как это уложится в географические рамки.

А определенные услуги могут отдалиться от пациента?

— Согласитесь, что и сейчас есть услуги, которые cконцентрированы. Зачастую это плановые услуги, сложные операции, они и сейчас сконцентрированы. Если есть хорошее сообщение, наверное, вы согласитесь, что пациент в плановом порядке может приехать и на большее расстояние. Когда нужна срочная помощь, услуги тоже централизируются: есть так называемые инсультные, инфарктные кластеры, людей везут в специализированные центры.

Да, они нередко бывают не рядом с человеком, но это концентрация уже помогла избежать очень многих смертельных случаев, люди просто остались в живых: им пришлось дальше ехать, скорой помощи пришлось далеко везти, но человек остался в живых, и, по моему пониманию, главная суть в этом. Суть не в том, где находится такое учреждение, а в том, чтобы пациент получил такую помощь, в которой он нуждается.

— На ваш взгляд, какие услуги могли остаться ближе к человеку, в небольших городах, например, в Лаздияй или Купишкисе?

— Это будет зависеть от конкретной больницы, может быть, очень по-разному. Кое-где, может, останется терапия, гериотрия, есть очень разные ситуации. Я действительно не хотел бы говорить ни о какой конкретной больнице, потому что тотчас без нужды возникают всякие распри, когда вопрос еще не обсуждался более широко.

— Когда общественность увидит, как должна выглядеть сеть учреждений здравоохранения после реорганизации?

— Это зависит от того, как мы договоримся с поликлиниками. Прежде всего, мы обсудим это во фракции, посмотрим, какое сложится мнение. Если увидим, что достигнуто соглашение, тогда и вынесем на общественность. Как скоро это будет, я действительно не могу сказать, не знаю. Надеюсь, что до июля мы уже договоримся, сможем начать уже более широкую гласную дискуссию.

А благословенные уже сейчас правительством поправки не ограничивают конкуренцию?

— Не думаю, что ограничиваем какую-то конкуренцию. Там, где она здоровая, где действительно оправдывает себя, она разрешается и прекрасно действует, например, на первичном уходе за здоровьем, где действительно немало и частных учреждений. Предлагается либерализировать предоставление услуг – там, где их не хватает, разрешить все организовать более свободно.  Там, где в избытке имеются услуги, избыточная инфраструктура, государство не может содержать такую большую сеть и должно позаботиться, чтобы все жители получали необходимые услуги в соответствии с возможностями государства. Нередко говорят, что слишком низкая расценка в какой-нибудь маленькой больнице. Но такой расценки не сделаем, чтобы с очень маленьким количеством услуг можно было содержать больницу.

Не думаю, что мы здесь какую-то конкуренцию нарушаем, тем более, если человек заболеет, его, наверное, не должно заботить, куда его повезут, потому что в таком случае мы создаем неравномерность услуг. Эти неравномерности уже сейчас существуют, их не следует расширять.

И сейчас люди наиболее образованные имеют больше денег, едут в многофункциональные центры, многопрофильные клиники, где получают услуги действительно высокого качества, а те, у кого более низкое образование, которые более социально уязвимы, остаются там, где таких услуг не хватает, где и качество сомнительно.  Поэтому не думаю, что таким образом мы создали какую-то конкуренцию, которая оправдывает себя и действует.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.